Позавчера противник мощным контрударом смог захватить опорник и залезть в длинную в несколько километров кишку траншеи. Если поддаться и отступать дальше, то жемайты тупо пройдут по окопам в обе стороны, и проломят нехилый кусок обороны. Для этого их небольшую группу штрафников и сунули сегодня сюда. А сейчас они потеряли одного бойца и двое позорно сбежали. Их осталось четверо. Впереди же не меньше десятка жемайтских разъярённых мужиков. Воевать те также умеют зло и до конца. Иначе их страну железным катком с землей сравняют.

— Чего делать будем, Первый?

Грохот или Второй, жилистый мужик и постоянный «пациент» пенитенциарных заведений, злобно оглянулся на их временного командира. Петюня ощерился в ответ:

— Ты и Третий колотите в траншею по очереди. Семерка, магазины заряжаешь. Я пока смотаюсь к мобам.

Мобилизованные сидели в окопах и блиндажах всего в сотне метрах от них. Они буквально прилипли к стенке, то и дело оглядываясь на опасное круглые сутки небо. После удачного наступа республиканцев летунов стало заметно меньше, но и один «Паляунич» может натворить делов. Здоровый моб с кубарем сержантами схватил более щуплого Петюню за шкварник:

— Куда побежал, сученыш?

— Остынь! Спросить хотел, поможете нам? — сержант и сидевшие рядом бойцы отвели глаза. Воевать они не стремились и сюда пришли не по своей воле. С такими было все ясно.

— У нас другой приказ.

— Понятно. Так и будете, как зайцы ждать конца?

— Слышь, ты, зэчара, жизни нас не учи.

— Мы сюда не просились.

— Тогда идите в дупу, черти. От нас помощи потом не требуйте.

Ситуация сложилась патовая. Всемером они еще могли продвинуться вперед, а сейчас сил хватило лишь на то, чтобы держать оборону. Противник что-то, видать, почуял и заметно оживился. Запахло жареным. Рядом увесисто ухнула мина, сброшенная легким летуном, затем пошли разрывы от автоматического гранатомета. Петюня скосил глаза на одноразовый гранатомет, но передумал. Подавить огнем жемайтов некому, а лезть на рожон смысла нет.

Внезапно позади него в основной траншее послышались звуки. Ловко перекинув автомат в руках, Седьмой уставил его стволом в сторону поворота. Оттуда сначала показалась большая голова в шлеме, затем громоздкие плечи воина в темном болотном камуфляже. Огромный мужик выполз в траншею весь и присел на жердочки, что покрывали дно окопа.

— Ты там на спуск не нажми случаем, бродяга!

— Ты кто?

Боец, обвешанный плитами СИБЗ и амуницией с ног до головы, ухмыльнулся:

— Главный есть у вас, господа тюремщики?

— Сам чьих будешь?

Петюня уже понял, что мужик явно не из простых бойцов, но терпеливо ждал ответа: