— А почему тогда не взяли хотя бы одного инженера? Или ведроида какого, на худой конец?

— Клан-лид запретил, — пожаловалась напарница. — Сказал, что мы куда-нибудь обязательно вляпаемся и угробим железяку, а у него все рабочие руки наперечёт.

— Возможно, он в чём-то прав, — задумчиво произнёс я. — Раллеки не появились бы здесь без веской причины.

— Может, опять что-то ищут, — предположила Шандайн. — Тот же реликт, например.

— Его местоположение теперь знают даже последние нищеброды, — возразил Велион. — Из сорока восьми призов там осталось от силы три-четыре штуки.

— Сегодня сплошь одни хорошие новости, — обрадовался я. — А то боюсь, там кое-кто заждался конца ивента…

— Не особо верю в их успех, но тебе виднее.

Наш разговор прервало сообщение от бортовой системы, предупреждавшее о скором выходе в обычное трёхмерное пространство. До точки назначения оставалось ещё целых три прыжка, пусть и коротких. Преодолеть всё расстояние одним махом было невозможно из-за близости к одной из гравитационных аномалий, искажавших даже изнанку пространства. Станции нарочно располагали так, чтобы к ним было как можно сложнее заявиться неожиданно. Хотя бы с тех направлений, что уходили к рубежам межзвёздного государства.

Ещё недавно являвшиеся приграничными, эти системы теперь кишели различными судами. Большей частью — вполне мирными, но хватало и боевых звездолётов. И поди предскажи, как они отреагируют на одинокое пиратское судно. Благо активная маскировка худо-бедно скрывала нас от постороннего сканирования, пока подпространственное оборудование копило заряд для следующего прыжка.

Мы нигде не задерживались дольше положенного и спустя полчаса оказались неподалёку от перевалочного пункта. Наступил самый опасный момент нашего путешествия — выход из инвиза для опознания. Стоило только «Чебуратору» проявиться, как он тут же оказался под прицелом множества орудий — как на самой станции, так и на ближайших сторожевиках.

Я вежливо представился диспетчеру и запросил разрешение на стыковку. Потекли томительные секунды ожидания, но после продолжительной паузы нам всё же дали добро, не забыв предупредить о примерном поведении на борту. Остатки доброй репутации всё-таки перевесили негативное отношение к представителям космических корсаров, да и недавняя акция по спасению рабов не прошла для нас бесследно.

Пожалуй, мы на самом деле — худшие пираты в галактике…

«Стопка-36» будто в насмешку имела форму хромированного цилиндра, отдалённо напоминая походный стакан. Хоть скромные размеры фрегата позволяли без проблем влететь в один из внутренних ангаров, нам настоятельно рекомендовали пристыковаться снаружи. После чего на борт заявилась целая инспекция со сканерами, включая даже одного псионика. Впервые нас проверяли столь тщательно.