Вскоре я тоже увидел их. То были синелицые. Не слишком высокие, но широкоплечие, с кожей неестественного синего оттенка и с яростными глазами, выделяющимися на синюшном фоне, они двигались среди деревьев очень проворно, почти сливаясь с лесными тенями.

— Не стрелять! Подпустим поближе! — резко приказал Виктор, целясь из пистолета с глушителем.

Тем временем, синелицых явно заинтересовал портал, по-прежнему искрящийся зелеными разрядами между двумя соснами. Они высыпали на поляну перед ним и на какое-то время замерли, глядя на необычное явление, неспособные понять, что же это перед ними такое?

— Хоть бы они все ушли туда, — прошептал мне в ухо Антон, вытащив свой наган.

Я тоже вынул из кармана своих джинсов «Вальтер», куда вынужденно пристроил пистолет в отсутствии у себя кобуры и даже обыкновенной сумки.

— Только не забудь с предохранителя снять, — шепнул Антон, который гораздо лучше меня разбирался в оружии, поскольку служил срочную два года там у себя в прошлой жизни, в середине восьмидесятых.

Внезапно Штерн, который тоже находился рядом, резко сказал:

— Там немцы! Они выходят из портала! Целый отряд!

Антон повернулся ко мне, проговорив тихо:

— Вот и война нас догнала…

Я почувствовал, как от страха вспотели ладони. Немцы прямо здесь! Я уже и сам увидел их в просвет между деревьев. На фоне зеленого свечения хорошо было видно, как они выходили из портала на поляну один за другим. Их было много, человек двадцать. Поисковая команда. Почти все с карабинами, и лишь двое с автоматами. К тому же, с ними были собаки.

Огромные собаки свирепого вида, откормленные немецкие овчарки, едва придерживаемые на поводках, тут же залаяли. А немецкие солдаты озирались по сторонам, удивленно глядя на синелицых, которые по-прежнему стояли на поляне. И их там собралось не меньше, чем немцев, даже больше. Синелицые не уходили и не выглядели испуганными. Они ждали, сжимая в руках свои топоры. И теперь немцы шли прямо на них.

И неизвестно, что было бы дальше, если бы один из немецких автоматчиков, видимо, командир группы, внезапно не дал команду спустить собак. Пять овчарок кинулись вперед с истошным лаем. Но, синелицые хладнокровно встретили их, не дрогнув. Выставив вперед свои круглые щиты, они приняли собак на них и слаженно ударили топорами, сразу перебив всех псин. Видно было, что и подобный опыт у них имелся.

Собаки даже заскулить не успели. Тогда немецкий командир, белобрысый унтер, выкрикнул команду открыть огонь. И сам сразу полоснул по синелицым длинной очередью. Под грохот выстрелов трое синелицых упали. И тут раздался новый звук из леса. Тот самый ужасающий вой рога, который я уже слышал, когда увидел синелицых впервые.