— Разумеется. Но я знал об этой заначке и долил в бутылки сонного зелья.

— Ты… очень нехороший человек, учитель.

— Отпусти эту мысль до тех пор, пока не разберемся с Карсом Третьим.

— А… потом?

— Потом она тебе пригодится.

Снова путь-дорога, но на этот раз куда легче. Пусть тело гомункула и было куда беднее на магию, чем моё оригинальное, трясущееся сейчас в пустыне, но уж на мелкие бытовые заклинания его хватало. Выйдя из башни, располагавшейся неподалеку от нужных нам гор, носящих какое-то зубодробительное название, мы обрызгались с ног до головы составом, отбивающим вообще всякие запахи, а затем поскакали двадцатиметровыми прыжками в нужном направлении. У Астольфо, конечно, получилось не сразу, но парень с собой тащил солидное трехметровое копье в чехле, которым и насобачился поправлять свою траекторию полёта.

Так мы и прыгали несколько часов по дикой местности, постепенно дойдя до густого хвойного леса у подножия нужного нам горного хребта. Здесь пришлось переучиваться прыгать уже обоим, потому что сосны росли как ни попадя, а удар волшебником о сосну чреват как ушибом волшебника, так и пробуждением кота. В конце концов, под заклинанием Облегчения Веса, мы начали передвигаться как гребаные ниндзя, хватаясь за стволы деревьев и отталкиваясь от них руками.

— Где я…? — тем временем очнулся Шайн, взволнованно тычась носом мне в ухо.

— Ты идешь с нами на дракона, дружище! — злорадно поведал я ему, пачкая смолой еще одного дерева себе руку.

Кот глубокомысленно промолчал. Возможно, размышляя над перипетиями своей судьбы или проверяя, насколько крепко я обвязал его веревкой, но затем, видимо, сочтя свою фиксацию слишком надежной для побега, проникновенно промолвил:

— Джо, возможно, это не лучшее время и место, но должен тебе признаться — я испытываю сильнейшее подозрение в том, что ты адепт хаоса и несчастий. Дахирим попросту спас мир, когда сковал нас вместе в одно неразделимое целое, а затем направил по хоть сколько-то конструктивному пути. Лючия, заметь, делает тоже самое.

— Да вы сговорились, что ли⁈ — гаркнул с обидой я, чуть не сбивая изменившего курс Астольфо, — Заколебали наветы возводить!

— Это тщательно обдуманный и проанализированный вывод, — спокойно возразил мне обожравшийся снадобья поумнения кот, — Ты совершенно безответственно относишься к миру, в котором проживаешь. Ну и ко всему остальному. Возможно, конечно, это твой модус операнди, который позволяет тебе так эффективно действовать, только вот, подвергая окружающих риску, ты вызываешь их ответную реакцию возмездия, на которую опять-таки, вынужден реагировать. Это порождает непрерывный круг насилия и хаоса, Джо.