Тем не менее в один момент этот скучный цикл «подойди-поприветствуй-пообщайся-откланяйся» наконец хотя бы временно закончился. Правда, лишь для большинства. У самого высокопоставленного меньшинства же началось самое интересное.

А всё это потому, что на вечер явился один из членов Императорского рода.

Учитывая повод, я и без подсказки Итана с девочками понял сам, что подобное в любом случае произойдёт — всё же не каждый день выясняется, что род, считавшийся уже как двадцать лет мёртвым, на самом деле имеет вполне себе живого члена.

Вот только я совсем не ожидал, что явиться кто-то столь важный.

Это, конечно, не Император собственной персоной, но… его первый наследник? Серьёзно? Неужели Император счёл это событие столь важным?

Даже появись его второй наследный сын — это уже было бы чем-то невероятным. Ведь, насколько я знаю, на мероприятие подобного уровня должна была явиться, ну максимум, его первая наследница. А тут… неожиданно явился сам наследник. Или… может быть, это как-то связанно с тем, что мой отец спас какого-то там родственника Императора, за что и получил возможность создать собственный род?

А пока мы с Евой раздумывали над этим, стоя в сторонке, к наследнику Императорского рода, не прекращая и на секунду, по одному, чуть ли не по очереди, подходили представители самых влиятельных родов своих Империй.

Так бы мы и стояли, наблюдая за этим, ещё какое-то время, но Итан, только что закончив приветствовать наследника Императора, подал нам едва заметный знак, сам при этом направившись в особняк.

Мы сразу направились за ним следом. И на этот раз мне уже не нужно было беспокоиться, что кто-то заметит эту странность и впоследствии из-за этого возникнут проблемы. Потому как, даже если кто-то это заметит, то это ничего не изменит — буквально через пару минут все присутствующие и так узнают причину этого.

И, как неудивительно, некоторые окружающие нас это сразу заметили. И пускай мы и не скрывались особо, но всё же количество заметивших это поражает. Причём в основном это те, у кого при беседе я вызывал явный интерес чем-то.

Например, это касается того мужчины, Уорда, встреченного вначале, с которым ещё произошёл тот тренировочный разговор. Он на протяжении всего вечера не сводил с меня глаз, хотя и пытался при этом делать вид, словно ничего подобного не делает. Тем не менее стоило мне только с кем-то более-менее важным начать разговаривать — как он удивительным образом каждый раз либо оказывался рядом, либо хотя бы стоял так, чтобы я попадал в его поле зрения.

Судя по всему, с ним я всё-таки перестарался — не стоило так заигрываться в беседе с ним. Теперь же из-за пары лишних слов он наверняка себе что-то надумал, вот и следит за мной, не прекращая и на миг, боясь упустить что-то важное. А тут ещё и такая важная личность явилась — так что совершенно неудивительно, что это заметил.