«Что это?!» — дрожу в испуге.
Белый и чёрный драконы вращаются с бешеной скоростью, почти сливаясь в одно целое, а золотые нити моей магии начинают прожигать шкуру.
«А-а-а! Что это?! Что это?!» — кричу, отчаянно молотя в воздухе крыльями. От стен башни отражается болезненный драконий рёв.
Оглядываюсь. Бежать некуда — двери закрыты, других выходов нет.
Вверх?
Поднимаю голову и смотрю в ясное утреннее небо.
Как же больно! Я горю, горю!
— Вниз! Быстро! — приказывает голос.
Тон такой, что я даже не думаю спорить. Складываю крылья и буквально падаю в центр рисунка.
Будь что будет.
Вокруг вспыхивает золотой огонь. Я сама превращаюсь в огонь. Ничего не вижу, только чувствую, как боль уходит. Как будто с меня сдирают горящую шкуру и тут же обдувают прохладным ветром. Стены и купол будто отдаляются. Всё вокруг остаётся прежним и одновременно меняется, становясь больше, шире.
— Я не понимаю… — выдыхаю. — Что со мной? Что происходит?..
Золотое сияние окончательно исчезает.
По щекам течёт что-то тёплое. Шмыгаю носом, но упрямо продолжаю смотреть вверх, будто там моё спасение.
— М-да, — обречённо стонет высший. — В первоначальном виде ты мне нравилась больше. Во всяком случае, казалась умнее. Хватит пялиться в потолок. Вниз посмотри.
Опускаю голову и…
— Эт-то что? — выдыхаю потрясённо.
— Это ты, — усмехается голос, а потом с иронией добавляет: — С возвращением, Белоснежка…
Глава 24
Сердце заполошно грохочет.
Ручки мои, ножки мои, всё моё, родное.
Я ведь уже и не надеялась когда-нибудь снова увидеть себя в человеческом облике.
Судорожно ощупываю тело. Внутри всё дрожит, ладошки потеют, коленки ватные.
На мгновение сжимаю медальон, будто он может подтвердить, что это точно я. Поднимаю руки выше, трогаю лицо.
Ой, я плачу?
Шмыгаю носом, размазывая слёзы ладонями, и только потом оглядываюсь.
Под куполом светло. Небо просвечивает мягкой неяркой голубизной, Стиела раскрашивает редкие облака в бледные золотисто-розовые цвета. И даже воздух стал другим — он менее сочный и глубокий, чем был в облике драконицы, но всё равно это такое счастье, вы не представляете. Я — снова я. Человек.
— Зеркало… — хриплю. — Здесь есть зеркало?
— Ох уж мне эти женщины, — то ли возмущается, то ли мученически стонет голос. Лианы слаженно мигают, словно полностью его поддерживают. — Нет здесь зеркала.
Снова провожу ладонями по волосам, лицу и плечам. Задираю вверх голову.
— А как я выгляжу? — спрашиваю с опаской.
— Худая. Грязная. Почти голая, — после каждого слова издевательски долгая пауза.
— Где я голая? — возмущённо хмурюсь, осматривая себя. — Нормальная одежда. Футболка, шорты, кеды. У нас так летом все ходят! А вообще? Вообще как? Изменилась или нет?