— Я рада, что Мэл счастлива, — улыбаюсь и откидываюсь на подушку.
Камин мягко потрескивает. В комнате тепло, уютно и невероятно спокойно. И на душе тоже тепло и спокойно.
Рэй садится ближе, берёт мою ладонь и проводит пальцем по запястью, медленно поглаживая.
— Кстати, всё хотел спросить, — он наклоняется ближе. — Почему Мэл, Эд, Рэй? Мне нравится, просто это так необычно.
Разглаживаю складку на покрывале, пытаясь собраться с мыслями. От этой нехитрой ласки внутри поднимается сладкая, тягучая волна, и кровь по венам бежит всё быстрее.
— Я же себя не помнила, когда попала сюда. В смысле, себя настоящую. Помнила только жизнь на Земле. А там привычны такие сокращения: Анна — Аня, Светлана — Света. Меня, например, звали Марьяна Михайлова. Сокращённо Мара. Яной никто не называл.
— Я ничего не знаю о тебе прежней. Как ты жила? Где? — Рэй смотрит заинтересованно. — У тебя были приёмные родители? Почему ты Михайлова, ведь имя почти совпало?
Его пальцы на миг замирают, а потом снова начинают гладить запястье, будто он сам не заметил паузы.
Пока ждём лекаря, коротко рассказываю о своей жизни. Иногда он задаёт уточняющие вопросы.
Мне казалось, что я помню всё, но, пока рассказывала, некоторые события будто выпали из памяти. Стёрлись.
Так уже было однажды — когда я забыла название планеты. Тогда я не придала этому значения.
А теперь понимаю: я помню только то, что касается меня самой, а вот о другом мире — лишь в общих чертах. Перед глазами словно туманная картинка, набор общих представлений без деталей.
— Что?.. — бормочу растерянно. — Но почему?..
Глава 46
— Ни к чему вам это знать. Ещё начнёшь внедрять на Тэрии земные технологии. Оно мне надо? — категорически заявляет высший. Вот уж кто за нами подсматривает двадцать четыре на семь. — И не подсматриваю я. Отвечаю только на те вопросы, которые касаются меня лично или Тэрии.
— Так это твоих рук дело? — пропускаю последнее высказывание мимо ушей, но всё равно краснею.
— Ещё чего? Так работает защита. Помнишь про силу равновесия? Там техногенный мир, здесь — магический. И перемешивать их ни к чему.
— Баланс, — хмыкает Рэй, перекладывая мою руку себе на колено и играя пальцами, то переплетая их, то снова поглаживая.
— Верно.
Разговор прерывается стуком в дверь.
— Войдите.
В дверном проёме появляется геран Зиртс. Я запоздало выдёргиваю руку.
— Доброе утро, эрр и эрри. Как ваше самочувствие? — лекарь будто не замечает моего смущения, проходит в комнату, ставит чемоданчик на стол.
— Хорошо.
После тщательного осмотра и свежего анализа крови геран Зиртс убеждается, что со мной действительно всё в порядке.