Из глубины ощетинившегося копьями и мечами боевого строя, что постепенно всё больше и больше заполнял залу, вышла женщина.
Воцарившуюся тишину прервал громкий, командный голос.
— Я, Зоря из дома Змеи, капитан имперской гвардии, смею говорить от имени её императорского величества Ламии Ламийской. Женщина, носящая имя Ливиния Софран, незаконно присвоившая себе титул «баронесса», а так же подозреваемая в связях с преступностью, должна немедленно явиться в цитадель для дальнейших разбирательства и суда. В случае неповиновения мы будем вынуждены применить силу.
После этих слов лица и взгляды гостей, побледневшие настолько, что даже мертвецы позавидуют, все, как один, обернулись в сторону хозяйки.
«Незаконный титул, связи с преступностью, сама Зоря? Чёрт возьми, да что здесь происходит?» — одновременно закипая от злости и нахальства этой оркоподобной бабы, бесились женщины.
— Без приглашения ворвались в мой дом, в столь прекрасный и праздничный день, да к тому же ещё и смеете при всех, в открытую, меня оскорблять. Приписывая некие небылицы в виде связей с какими-то там преступницами! — смело и без капли стеснения произнесла женщина. Пусть за Стражницей и стояла влиятельная личность, но ведь и за ней были не последние люди.
Взгляды женщин на мгновение пересеклись; между ними, будто из ниоткуда, перекрыв все подъёмы по лестницам, ведущие вверх, возникли два десятка наёмниц — прислужниц местной хозяйки.
Кожаная перчать, покрытая чешуйчатыми стальными пластинами плавно легла на рукоять меча, который, в свою очередь, Зоря старалась не вынимать как можно дольше. Мальчик был за её спиной и наблюдал. В этот момент женщине хотелось, чтобы он увидел в ней не только страшного и грозного война, но и терпеливого и понимающего собеседника, парламентария…
— Вы ставите под сомнения слова и приказания вашей императрицы? — недовольно поморщившись, произнесла Зоря.
Ответа не последовало. Женщина лишь фыркнула, разведя руками, и посмотрела куда-то в другую сторону, пытаясь высмотреть кого-то из толпы.
«Одна из старух кивнула, значит, одобряют и помогут!» — рассудила Ливиния, после чего, кивнув одной из подопечных, отдала приказ увести её дочек из этого места.
Расталкивая стражниц, в сопровождении второго капитана Катарины, из толпы вышел Жак. Тем самым мужчина надеялся, что собравшиеся увидят всю серьёзность происходящего, поймут, кто перед ними и отступят. Он надеялся избежать кровопролития.
— Я Жак, принц Чёрной воды, от имени…
— Убить! — лишь услышав имя вышедшего из толпы юнца, отдала приказ М. Для которой смерть этого мальчишки в последние месяцы стала одной из приоритетных задач.