— Если я буду рассказывать вам до момента нашей с вами первой встречи, то история получится не такой уж и длинной. Ваше высочество… — по-доброму улыбнувшись, а после, покосившись на стоящий в углу комнате бочонок, проговорила женщина. — Быть может, вы не знаете, но когда-то давно мы с вашей матерью Гаммой и ныне почившей прошлой императрицей Астартай, направо и налево раскидывали Азавийских сук на востоке, и после очередного победоносного похода десятками тысяч гнали рабов с западных равнин. Хорошие были времена. Цвела бы тысячи лет Ламийская Империя, если бы не вмешалась она, — вновь недовольно буркнула женщина.
— Следи за языком, Хельга, если не хочешь его потерять, — вмешался в разговор Паилз, недовольный тем, куда клонит эта женщина.
— Моё имя Хельга Ранг-дотир. Я первая и старшая из правнучек великой воительницы Рагнарии, что ещё до моего рождения вместе с моими предками причалила к берегам континента. Долгое
время именно наш род отвечал за безопасность и покой имперского двора в столице, — в голосе женщины чувствовалась боль за пережитое прошлое всего своего рода. — Сколько себя помню, меня и сестер готовили к открытым сражениям, в равнинах или на горных хребтах, в пещерах или в каменных цитаделях. Мы были грозной единицей, заставившей считаться с нами весь мир. Боясь затупить сталь наших клинков, мы раз за разом отправлялись в бой, оттачивая своё мастерство. Мы боялись сломать наши клинки, и по итогу сталь начала ржаветь… Изнутри. Наша семья рассыпалась, став жертвой интриг и заговоров. Нет больше того грозного имени, никто больше не боится детей Рагнарии, из одиннадцати сестер я лишь однажды, и то мельком, слышала о младшей. Баки, которая переметнулась на службу к местным храмовницам. Мелкая сучка отказалась от своих предков, позор нашего рода. Готовили нас к службе не жалея, — ослабив тугой пояс своей накидки, женщина демонстративно оголила грудь. — В восемь лет мы проходим обряд посвящения. В этот день старшие рода ставят на нашей груди огненное клеймо. Тем самым прижигая молочные железы, чтобы в будущем наша грудь не мешала в битве или при стрельбе из лука. Это удобно и практично, — подметила женщина. — Дальше обучение. До одиннадцати лет нас дрессируют, вбивая дисциплину и выбивая из нас трусость. В двенадцать передают в распоряжение десятников и с того момента единственное, что отличало нас от простых солдат, так это двойные физические нагрузки. Единственное, что мы имеем и имели из привилегий, это право гордиться нашими великими предками. У нас были деньги, земли, власть, но никогда наши матери не позволяли себе вот так бездумно доверять зеленым соплячкам вроде этих Змей, титулы и звания. Сила — вот что ценили настоящие дети Рагнарии.