— Ха-ха, — усмехнулся Олег, подперев голову рукой и упершись локтем в стол. — Тебе стоило меня внимательней слушать. Кажется, я уже говорил, что парень, которого, судя по всему, ты любила, ранее умер. Ему на смену пришел новый, скажем так, обновленный «Я». Если ты ищешь невинного мальчика, которого сможешь с легкостью запугать, а затем вить из него веревки, то прости, тебе придется подыскать другого кандидата. Глаза Ламии округлились, от столь смелых и наглых слов.
— Не знаю, что там было раньше, и, честно говоря, мне не очень интересно. Семья? Прости уж, но сейчас любая из твоих стражниц мне будет ближе, чем те, кого я даже не знаю. Земли и деньги? О чем ты, я должен был стать женихом одной из самых красивых, сильных, влиятельных и могущественных женщин на этом континенте, — специально отпустил пару комплементов в сторону Ламии мужчина, наблюдая за тем, как с новой силой расцветает самооценка сидевшей перед ним девушки. — Я понимаю, быть может, тот старый я был умён, красноречив, и был чёртовым гением в тактике, стратегии или в руководстве, не знаю. Но одно могу сказать точно, я не он, и никогда им не стану, — грубо отрезал мужчина, завалившись на спинку мягкого кресла. Наблюдая за тем, как терзается в сомнениях и раздумьях женщина напротив.
— Хочешь сказать, ты не желаешь мне отомстить, и взялся за меч не потому, что хочешь убить меня? — скептически приподняла бровь Ламия.
— Хочу, но только за то, что ты заперла меня в этой чёртовой каменной клетке, — в шутку сказал мужчина, но по выражению лица девушки понял, что лучше бы этого он не говорил. — А меч, копьё, честно говоря, я даже не знаю, тянет меня к ним… Есть в них что-то интересное и притягательное… — задумчиво произнес Олег.
— Ха… Сын своей матери, — усмехнувшись, произнесла Ламия. — Хорошо, Жак, я приняла решение, и теперь намерена услышать твой ответ. Выйдешь ли ты за меня, станешь ли моей левой рукой и возьмёшь ли титул императора Ламийской Империи? — стукнув кулаком по столу и гордо выкатив грудь, произнесла Императрица.
— Выйду, но при нескольких условиях… — от такой наглости и дерзости Ламия на мгновение забыла как дышать, следом покраснела от злости, но, успокоившись, всё же выслушала парня.
Позолоченная карета в составе добрых двух сотен стражниц медленно выехала из особняка. Визит, несомненно, увенчался успехом, но… — «это сомнительное послевкусие»… — после разговора с Жаком, не давало Ламии покоя. «Кто из кого ещё веревки вьёт, мелкий паршивец…» — усмехнулась женщина вспоминая требования её жениха.