— Когда-то вы дали нам надежду на то, что некоторые из нас смогут увидеть этот «новый восход», так что прошу и вас самого верить в светлое будущее, — заботливо улыбнувшись, произнесла русая воительница.
— А ты умеешь красиво говорить, — на лице парня проступила легкая улыбка.
— А то, год клянчить милостыню на улицах «собачьего переулка» не каждая сможет, — утерев резким движением нос, произнесла она.
— Вот как, ха-ха, действительно, как твое имя? — сделав ударение на последнем слове, спросил Олег.
— А, ох, простите, Зельга. Вторая десятница черной сотни, — поправив одеяния и вытянувшись, отчиталась девушка.
— Черная сотня? — удивившись незнакомому названию, спросил парень.
— Верно, капитан Хельга сочла, что негоже бабьему войску жить без имени. На время путем голосования было выбрано это название.
— Так вас же меньше сотни, и имя ордена у вас есть, разве нет? — слова парня тронули старые раны девушки, от чего на живом лице появились болезненные морщинки.
— Мы все молимся за успех вашего предприятия и авантюры. Ведь тогда, как и говорила госпожа Хельга, мы сможем забрать сюда наших младших сестер, кровных, и тех, кто по воле мрачных улиц, трущоб и судьбы-злодейки стал нашей семьей, — опустив голову, произнесла девушка.
— А что насчет имени, будь то частью ордена, армии или ещё чего, воинство обязана иметь второе имя, зачем, не знаю… — настрой пылкой Зельги быстро пополз вниз.
— Жаль, что таким красоткам достался непутевый господин… — протянул Олег, пытаясь хоть как-то смягчить обострившееся из-за его слов отношения.
Преданность этих детей вызывала чувство искреннего стыда за себя, за свои поступки, душа современного человека, пусть и выросшего в захолустье, разрывалась при одной мысли, что ребятишек, всех как одну, могли лишить жизни по одной лишь чьей-то прихоти, за шалость, совершенную кем-то ниже статусом.
— Ну что вы, господин Жак! — вертко проскочив окруживших Олега воительниц, произнесла девчонка, ростом примерно как и сам парень. — Вы ещё какой путевый, виноград, что приносил господин Фридрих, он же от вас был, от вас? — тараторила синеглазая, когда за её спиной показалось что-то огненно-оранжевое и очень пушистое. — Я уверена, что от вас!
— Лайда, хвост! — одернув подругу за плечо, произнесла Зельга, после чего малышка, опустив голову, поспешила спрятаться за спиной более крупной подруги и убрать под рубаху выскочившую из-под одежды от эмоций конечность.
— Это что такое… — опешив, произнес Олег.
— Ничего, совсем ничего, господин, помилуйте, вам показалось, — не смея показать головы, произнесла рыжая.