Тактика не лишена смысла. Пилоты «Эмилей[1]» уверены, что успеют освободиться от бомб и вступить в бой на правах истребителей. Нас они видели, но на выходе из пикирования у них будет набрана приличная скорость, чтобы быстро набрать высоту и связать боем пару «МиГов», летные характеристики которых они по-прежнему недооценивают.

Тяжелые «Bf-110» нагло прут тесной группой, в готовности начать штурмовку. Учитывая их мощное курсовое вооружение и наличие бортовых стрелков, прикрывающих заднюю и верхнюю полусферы, такой маневр сильно усложнил нам с Ильей построение атаки.

Сигналю Захарову: «делай как я»!

Вхожу в пикирование. Защитное построение «сто десятых» оставляю выше, просто подныривая под него. Два «Bf-109E» уже начали заход.

Иду им вслед, чувствуя, что не успеваю. Как только немецкие пилоты сбросят бомбы, то сразу же начнут набор высоты. Стрелять тогда придется с большим упреждением, и попасть будет крайне сложно. Надо успеть атаковать на прямом участке их пикирования! Опасно увеличиваю скорость почти до границы флаттера. Илья не отстает. Цели начали резко укрупняться.

Немцы задергались, но поздно. На больших скоростях ручка управления ходит очень тяжело, а маневренность ограничена. Секунды уже решили все. В крутом пике сажусь на хвост ведущему «мессеру». Он панически сбрасывает бомбы, собираясь отвернуть, но я оказался быстрее. Пулеметные трассы настигли его, вырвав отчетливые вспышки попаданий.

«Мессер» дернулся всем корпусом и начал заваливаться на крыло. Похоже пилота убило, либо он потерял сознание.

«МиГ» сотрясают ощутимые вибрации. У самой земли выхожу из пикирования и сразу же начинаю набор высоты, одновременно доворачивая на «сто десятых», чтобы атаковать их строй снизу.

Ведомый «мессер», которого атаковал Илья, не успел освободиться от бомб и теперь его обломки раскиданы по всему летному полю среди свежих воронок. Команде БАО привалило работы.

В происходящем нет «везения», только холодный расчет, основанный на опыте последних дней. Нам долго не разрешали взлетать заранее. А вдруг немцы не появятся? А сколько будет сожжено горючего? А почему не взлететь по факту их приближения?

На эти вопросы пришлось отвечать, споря до хрипоты с вышестоящим начальством, которого на крупном аэродроме действительно оказалось немало.

Взлетая по факту приближения штурмовиков, мы не успеем набрать нужную высоту. Прикрывающая пара «мессеров» начнет клевать нас сверху, и скорее всего собьет. И нет, виражный бой на малых высотах здесь не поможет. Немцы на него просто не пойдут, имея привычное преимущество, — многие истины, ставшие позже «прописными» (вспомните формулу Покрышкина), пока еще не сформулированы, и мое мнение часто воспринимается как «трусость».