В век высочайших технологий возможно многое. Понятия не имею что это за проект, на каких физических принципах он основан, да и неважно. Для меня неважно. Этот день стал самым ярким и значимым в моей жизни.
Если сейчас сожму кругляш, то наверняка очнусь в своем кресле за консолью «ви-ар».
А Ильюха пойдет на фашистов один. И, возможно, не доживет до завтра… И никогда не придет ко мне в далеком будущем, накануне Дня Победы.
— Товарищ младший лейтенант, что не так? — спросил старшина Потапов, взобравшись на крыло.
— Наушники ларингофона приладь.
Сижу не шевелясь. Через час уже будет поздно что-то менять.
Я вытащил из нагрудного кармана блокнот, вырвал из него листок и огрызком химического карандаша написал свой адрес, имя, фамилию, дату и год.
— Готово, товарищ младший лейтенант! Пробуйте, — доложил Потапов,
Надеваю шлемофон, застегиваю ремешок под подбородком, щелкаю тумблером радиостанции.
— Андрюха, ну так что? — внезапно раздался в наушниках зашумленный помехами, искаженный голос Ильи.
Я плотнее прижал к горлу ларингофон и скупо ответил, уже все для себя решив:
— До заката еще пара часов. Взлетаем!
[1] РУС — ручка управления самолетом. РУД, в свою очередь — ручка управления двигателем.
[2] Flakkorps — общее название подразделений немецких ПВО.
[3] Предкрылок — элемент механизации крыла, расположенный вдоль его передней кромки. На «МиГе» срабатывает автоматически. Увеличивает подъемную силу крыла и улучшает маневренные характеристики на низких скоростях.
[4] Скороподъемность «МиГа» у земли 11,4 м/с, а у «Bf-109E» 20,5 м/с.
Во многом мое решение диктовалось эмоциями момента. Я еще не знал, что такое война. Цепь необъяснимых, ошеломляющих событий, да пара вылетов ровным счетом ничего не могли поведать о настоящем напряжении боевых будней.
Одно дело — соприкоснуться с эпохой, и совершенно другое — жить в ней…
Досужие мысли отсекло: в отсутствие командира старшина Потапов, осмотрев полосу, дал зеленую ракету на взлет.
Меня вдруг начало трясти. Не от страха. Вообще по непонятной причине.
Кое-как справился с собой. Пристегнул ремни, окинул взглядом приборы. Двигатель работает ровно. Техники потрудились на совесть, готовя машины к вылету.
Даю газ, начинаю разбег. Фонарь кабины открыт. Взглядом постоянно фиксирую кромку взлетно-посадочной полосы, теперь уже уверенно удерживая самолет рулем направления. Скорость растет. Беру ручку на себя, и земля уходит вниз.
Небо бездонно. Плотная дымка скрывает горизонт. За гулом мотора не слышно звуков перестрелки с передовой, но линия фронта совсем рядом. Не закрывая фонарь, осматриваюсь. Крошечные домишки в обрамлении зелени быстро уходят вниз и назад.