— Интересно, что же это там сдохло? — сидевший около Лиса Ралат провожал взглядом покидавших поселок гигантов. В своем желании добраться до источника запаха те были не одиноки — пара чернюков в сопровождении дюжины шустрых бестий трусили на рогачах вслед за громадинами.
— Трудно сказать. После смерти все смердят одинаково. — Арил задумчиво смотрел в ту же сторону. — Вот только животное, если оно там одно, издохло не сегодня и не вчера. Больно запах силен.
— Точно! — встрепенулся Орел. — Здесь явно какой-то подвох. Ветер вроде бы дул и вчера, а вот запаха не было… — высказанная Ралатом разумная мысль заставила парней вопросительно переглянуться. Зародившиеся сомнения тут же подтолкнули юношей к действиям — шепотом по цепочке от родича к родичу был отправлен наказ: приготовиться. Людской круг зашуршал, заволновался. Кулаки сжались, глаза забегали. Страх сдавил сердца пуще прежнего. Ноги рвались бежать.
С момента ухода чудовищ прошла, как казалось Арилу, целая вечность. Нервы людей натянулись как жилы на согнутых луках — еще немного, и лопнут. Томительное ожидание уже подняло напряжение до предела, когда, заставив пленников вздрогнуть, а сердце Лиса забиться так сильно, что, казалось, ребра не выдержат, и грудь разорвется, до родичей докатился далекий протяжный зов охотничьего рога. Так трубить могли только свои — помощь пришла!
Подтверждая последнее, с востока и севера прилетели звуки вспыхнувшего сражения: зашипели твари, воинственно заорали охотники, затопали рогачи, затренькали луки, взревел, направляясь к месту событий, один из гигантов. Пленники, взволновавшись, повскакивали, но бежать пока не решались. Сотня ударов сердца, и песня битвы зазвучала на юге. Охранявшие родичей чудища, получив беззвучный приказ, бросили былое занятие и умчались на помощь к своим. Сомнения развеялись окончательно — Племя здесь! Дождались!
Оставшиеся без присмотра пленники растерянно озирались вокруг, не зная, с чего начинать и в какую сторону бросаться. Их нерешительность прервало появление вооруженной толпы мужчин. Немалая группа охотников бежала к поляне с севера. Расстояние сокращалось, и вскоре в людском кругу раздались крики радости. Суровые лица пришедших, такие родные и долгожданные, принадлежали своим — мужчины рода Орлов неслись к семьям. Теперь уж недавние узники не выдержали и тоже припустили навстречу.
Две группы людей с разбегу слились в одну, мгновенно перемешавшись. Охотники находили родных, сжимали в объятиях детей, целовали жен и родителей, текли слезы радости. Но не всех посетили мгновения счастья при встречи. Многие семьи уменьшились. У иных из охотников так и вовсе в живых никого не осталось. Потерявший троих сыновей и любимую женщину коренастый черноусый мужчина, осознав, что остался один, заревел, проклиная судьбу, диким зверем и, не слушая оклики родичей, куда-то помчался, размахивая копьем.