Время шло. Страх по-прежнему побеждал боль и зуд, заставляя Кабаза терпеть неподвижность. Приближалась ночная пора — темнота разлилась по разлому. Парень сдался и принялся осторожно вертеться, в попытках найти позицию поудобнее и, заодно, проверяя — нет ли серьезных увечий. Таковых, слава Яраду, не оказалось, но синяки и царапины от пят до ушей покрывали все тело. Приняв более-менее сносную позу, улизнувший от казалось бы неминуемой смерти юноша, наконец, хоть немного расслабился. Вся усталость безумного дня, потеснив даже боль, разом навалилась на парня. Да, пожалуй, ему предстояла самая неприятная в жизни ночевка, но пытаться вылезать наружу сейчас, в темноте, сил уже не было. Да пока что не очень-то и хотелось — страх еще не прошел. Завтра. Все завтра. Кабаз закрыл глаза и, на удивление, быстро уснул.
Двигаться пустошью было бы значительно проще. Она, к удивлению, после всего, что недавно творилось, оказалась достаточно ровной. Но парень и девушка, помня наказ — на виду не маячить, бежали на запад по лесу. Хотя это слово и не совсем подходило тому бурелому, в который превратились прекрасные сосновые рощи, занимавшие раньше пространства вдоль гор. Провалы и трещины, частично заваленные стволами упавших деревьев, безвозвратно изуродовали окрестности и сильно затрудняли дорогу, постоянно пересекая маршрут движения пары. След пришельцев проходил всего в сотне шагов от границы бывшего леса и был виден прекрасно — потерять такой не получится. Только вечером, когда лучи заходящего солнца окончательно утратили силу, вытоптанная многочисленными тяжелыми лапами тропа постепенно начала таять во тьме.
Под покровом ночи, уже не боясь быть замеченными, путники выбрались на равнину и двинулись прямо по следам. Бег здесь давался значительно легче. Тусклого света звезд вполне доставало, и дело пошло, скорость выросла. Только ближе к рассвету практичная Мина убедила Валая прерваться и немного поспать.
Каждому честно досталось по четверти ночи — спали по очереди. Выбравшись из-под пока еще зеленых ветвей двух удачно упавших крест-накрест, сосен, где проходил их ночлег, разведчики собрались было двигаться дальше, но тут Валай бросил взгляд в сторону гор и аж присвистнул от удивления. То, что всю ночь удавалось скрывать темноте, сейчас в свете дня предстало во всей своей мощи: нарушая привычную глазу картину, поражая своим размерами, гигантский разлом разрывал кругосветную стену зияющей раной. Ближний к опешившим людям край провала, если мерить наискосок, находился милях в восьми. Дальний прятала легкая дымка, но было понятно — ширина начинавшегося в этом месте каньона весьма велика и даже, пожалуй, сравнима с высотой его стен.