Арил умирал от усталости. Голова гудела, руки тряслись, ноги превратились в два неподъемных бревна, тягучая боль грызла тело. Жутко хотелось спать. Это ж поди представь — почти двое суток бежать! Лес, лес, лес… Бесконечная череда веток, кустов, и стволов — все лицо исцарапано. Пятки в кровь стерты. Неужели они это сделали? А ведь ближе к концу Лису стало казаться, что они уже никогда не доберутся до цели. Но нет — они здесь. До предела себя истощив, доковыляли под вечер. А Ралат молодец, не оставил товарища. Хотя мог. Худощавый охотник оказался еще тем бегуном — три последние мили Лис висел у того на плече, еле перебирая ногами.
Несмотря на то, что от истоков Великой реки было ближе до рода Орлов, чем до поселка Оленей, обогнать быстроногого сына Ярада у юношей не получилось. Правда, этого знать они не могли и к тому не стремились. На закате второго дня измученные гонцы сидели на шкурах в землянке старейшины Эльма и никак не могли отдышаться.
— Значит, чудища… — хмурый старец ни в какую не хотел понимать размеров беды и, теряя бесценное время, продолжал упираться. — Говорите, иные не ниже деревьев? Черные нелюди всех погоняют без слов? Ну-ну. — Косая ухмылка скривила морщинистое лицо. — А может, у страха глаза велики, и мне стоит рубить пополам все, что вы тут несете? — На последних словах глава рода поднялся и придирчиво глянул сверху вниз на юнцов. Старый охотник по-прежнему выглядел грозно: пусть худой, но высокий, волосы толстым хвостом за спиной, борода в две косы, глаза черные-черные, так и сверкают из-под кустистых бровей, руки длинные, пальцы костлявые, ногти загнутые. Не руки, а птичьи лапы какие-то. Такими как схватит — клок мяса долой. Люди, собравшиеся в жилище старейшины, напряглись, но молчали. Притих и давно изучивший характер сурового Эльма Ралат. А вот Лис, понимая свою правоту, не стерпел. Наплевав на приличия, парень фыркнул и попытался вскочить. И не смог — повалился обратно. Ослабевшие ноги совсем не держали, но упасть — Арил не упал. Крепкие руки поймали, поставили ровно. Вдохнув полной грудью, парень заговорил, стараясь чтобы его голос звучал как можно увереннее.
— Глаза того страха, что Зака сожрал в один миг, были, и правда, весьма велики. Иначе бы я не попал! Мне все равно — верите вы, или нет, но Мудрейший велел выдвигаться немедля! А слово Яра — закон. Как вы не поймете, что время уходит! Племя ждет ваших лучников! Хватит лясы точить! Идти нужно!
— Мальчишка, ты как говоришь с главой рода! — взъярился разгневанный Эльм. — Вас, видно, не учат там дома, как следует обращаться к старейшим! Лисы… — старик презрительно сплюнул. — У нас за такое секут! Уберите его с моих глаз!