Когда пытки кончились, и магистр решил, что пленник способен общаться, Троя вновь отпустили. Ноги оказывались держать, и он сразу же рухнул в траву на колени.

— Будем считать, что ты смог искупить свой проступок. Но смотри, еще раз мне чего-то не скажешь — и останешься вовсе безухим. — Магистр зло ухмылялся. — Ну а может, отрежу и что-то другое — пальцы, нос, или член. Мне ведь только язык твой важен. Подумай об этом.

Парень трясся от страха, понимая, что все так и будет. Закутанный в плащ чужеземец на ветер слова не бросал. Видя, что пленник все понял и вряд ли отважится врать, магистр задал вопрос:

— И где, по-твоему, сейчас может быть этот Яр?

— Я точно не знаю, — Трой, действительно, мог лишь строить догадки. — Возможно в поселке Орлов. Он здесь ближе всего.

В голове у охотника промелькнула трусливая мысль: «А не поведать ли сейчас про чудовищ?». Но реакция чужаков на такие известия могла оказаться для Тигра плачевной. Вдруг магистр решит свернуть поиски камня? В этом случае Трою останется жить ровно пару мгновений, потребных мечу, чтобы добраться до шеи ненужного более пленника. Сделав выбор в пользу дальнейшего сохранения тайны, парень поспешно добавил:

— А может, и у Медведей. Или Оленей. Или снова у Змей. Наше Племя большое — селения сильно разбросаны. Но первым бы надо проверить все-таки поселок Орлов. Туда Яр ушел накануне моей с вами встречи.

— Хорошо. Начинаем оттуда.

Воины принялись собираться в дорогу, а магистр поднял из травы, уже побледневшее, ухо и, вложив его Трою в дрожащую руку, дружелюбно посоветовал:

— Засохнет, проткнешь, нанижешь на шнур и повесишь на шею. Потом будешь хвастаться перед друзьями. И молись всем богам, чтобы камень быстрее нашелся. А то смотри, как бы целое ожерелье не накопил.

Нападение произошло неожиданно. Только что вокруг было тихо, и вдруг из кустов вылетела зубастая смерть. Вернее, две разом. Похоже, хвостатые твари любили нападать из засады, и их не смущали ни большие размеры добычи, ни ее многочисленность.

Зубы первого чудища крепко впились в бедро одного из всадников, а вторая зверюга набросилась на лошадь другого. Пасть вцепилась кобыле в загривок, лапы рвали когтями шею и грудь, хвост хлестал растерявшегося наездника.

К чести воинов, ступор длился недолго. Заблестели выпрыгнувшие из ножен мечи, и на чудищ посыпался град смертоносных ударов. Кровь трех видов смешалась в единый поток. Несколько толчков сердца, и страшилища распластались на земле изрубленным месивом. Скоротечная схватка закончилась, но теперь начинались последствия.