— Давай-ка, пожалуй, сворачивать прямо сейчас, — выдал он спустя время.-Нагнать моих родичей, конечно, задача важнейшая, да только что-то мне подсказывает — от реки нужно сваливать, как можно быстрее. И чем дальше, тем лучше. Вся эта погань снует вдоль воды — сама видела. Так, или иначе, но лишь на востоке у нас остаются хоть какие-то шансы спастись от орды. Уйдем далеко-далеко, чтобы уж наверняка не нашли, а потом уже будем пробовать разыскать мое Племя.— Закончив, охотник вопросительно посмотрел на притихшую девушку и, не дождавшись ответа, добавил: — Что думаешь? Разве еще есть пути?
Других путей не нашлось, и, на всякий случай запрятав лодки в кустах, беглецы устремились вглубь леса. Вскоре Великая вместе с злосчастным островом, сломавшим их планы, осталась далеко позади. Отвыкшие от ходьбы ноги несли парня с девушкой на восток, уводя от опасного берега.
Та же трава на полянах, те же звуки и запахи, те же звери и те же деревья. Земли Безродных на протяжении всех четырех дней пути мало чем отличались от недавно оставленной родины. Кабаз ходко шагал по прохладной тенистой дубраве. Раненая нога уже давно зажила и совершенно его не тревожила. День стоял солнечный, дождем и не пахло, ветер в ветвях не свистел. Настроение само-собой ползло вверх, как и краешки губ.
А почему бы и нет! Невозможно ведь постоянно только грустить, переживать и бояться. Так и рассудка лишиться недолго. Да и поводов думать о неприятном, слава Яраду, давненько не находилось. Пешее путешествие проходило не в пример лучше водного. Ни черных пришельцев, ни их чудовищ, ни местных охотников — даже опасных хищников путники за все время ни разу не встретили. Здешний лес, мирный и щедрый, исправно снабжал беглецов всем необходимым. Ягоды, грибы, птичьи яйца, а иногда и неожиданно выскакивающая прямо под ноги добыча никак не хотели давать парню с девушкой даже изредка испытывать голод в дороге. Словно не бегство, а какое-то приятное путешествие. Да еще и в прекрасной компании.
Инга шагала слегка позади не в меру расчувствовавшегося Кабана, но когда тропа стала шире, догнала его и пошла рядом. Улыбающийся Кабаз бросил взгляд на подругу. Судя по ее хмурому лицу, девушка совершенно не разделяла, нахлынувших на Кабаза эмоций. Охотник получше всмотрелся в печальные глаза спутницы и, сам того не желая, мгновенно вспомнил все недавние страхи. Воспарившая было душа с силой грохнулась обратно на землю. Радужное настроение мигом растаяло, словно глупый несбыточный сон. Парень опять погрустнел и теперь сам с себя удивлялся, не понимая, как можно было думать, что все хорошо, когда все так плохо?