И тут же, по привычке, зажмуриваюсь. Сердце пускается вскачь.
Зачем я это сказала? Сейчас, так быстро, так не вовремя…. Страх окутывает меня: как он отреагирует? Не оттолкнет ли? Не сочтет ли это глупостью?
Но вместо резких слов я чувствую мягкое прикосновение его губ к своему веку. И тихий, напряженный ответ:
– Я тоже тебя люблю.
В голосе Артура слышится какая–то странная грусть, едва уловимое напряжение. Словно он не хотел произносить это вслух, и эти слова дались ему с трудом.
Я открываю глаза. Смотрю на него.
– Ты не обязан был отвечать, – шепчу.
Артур прищуривается, и в его взгляде мелькает привычная сталь.
– Неужели ты думаешь, док, что меня можно заставить говорить то, что я не считаю нужным? Просто… возможно, я бы сам этого не сказал сейчас.
Мое сердце сжимается. Он замечает это и поспешно добавляет:
– Чтобы не привязывать тебя. Чтобы у тебя оставалась свобода выбора. Чтобы ты в любой момент могла уйти, не чувствуя себя обязанной.
Я не даю ему договорить. Тянусь к его губам и накрываю их поцелуем, вкладывая в него все, что чувствую.
Уже через секунду этот холодный контроль, который он пытается хранить, сменяется огнем. Артур отвечает на поцелуй, притягивая меня к себе так сильно, что между нами не остается ни миллиметра пространства. Напряжение перерастает в чистую страсть.
– Ты что–то говорил про душ… – шепчу ему на ухо, согревая кожу дыханием.
Мы доходим до ванной комнаты, не разрывая объятий…
Горячая вода с шумом бьет по кафелю, наполняя пространство густым паром.
Когда струи воды касаются кожи, становится только жарче. Артур прижимает меня к стене, его руки уверенно и жадно исследуют мое тело.
Вода заливает лица, мешает дышать, но мы не можем оторваться. Каждое движение, выдох, стон, тонущий в шуме воды, кажется самым важным.
Безумный ритм, в котором смываются все страхи и сомнения…
Остается только его тяжелое дыхание и мои пальцы, впившиеся в его крепкие плечи.
Спустя время все стихает.
Мы лежим на огромной кровати в белоснежных отельных халатах. Окно в номере приоткрыто, и в комнату проникает прохладный вечерний воздух Флоренции вместе с далеким звоном колоколов.
Артур на спине, закинул одну руку за голову, а я пристроилась у него на плече. Слушаю ровный стук его сердца.
В комнате царит уютный полумрак… Кажется, что весь мир с его угрозами остался где–то там, за тяжелыми дверями нашего номера.
Нам обоим сейчас очень спокойно и хорошо.
В романтической тишине, когда слышно только наше дыхание, вдруг раздается отчетливое, громкое урчание. Мой желудок бесцеремонно заявляет о своих правах!