Да, оно сделано ублюдком, но мне плевать. На нем она… И выбирать пока мне не приходится.
Впрочем, потом она пришла сама… Нашла меня здесь, в этом стерильном покое, и просто упала мне в руки.
Я чувствовал, как она тает со мной. Когда ее касаюсь.
Я видел много женщин и знаю, как это бывает. Меня сложно обмануть.
Анна... Она не девственница, она была замужем. Но опытной женщиной ее нельзя назвать. Это я тоже вижу.
Весь ее прошлый опыт с идиотом Витей можно просто вычеркнуть и забыть.
Она как чистый лист.
И я напишу на этом листе новую историю.
Похоже, мое сознание уже начинает путаться…. То ли от лекарств, то ли от того, что я слишком глубоко проваливаюсь в мысли о ней.
Это уже не просто желание секса, хотя ее тело сводит меня с ума. Это что–то гораздо большее.
Но могу ли я позволить себе такую слабость сейчас?
Дверь распахивается, и входит ассистентка Давыдова. Пора…
Меня укладывают на операционный стол. Холод пробирает даже сквозь накидку. Но мне не помешает остыть.
Вокруг тихий шелест инструментов. Негромкие голоса врачей, писк мониторов. Давыдов что–то говорит мне, подбадривает. Я уже почти его не слышу.
На лицо опускается маска. В вене разливается приятный тяжелый холод наркоза.
Мир начинает гаснуть. Звуки отдаляются, становясь неразборчивым гулом.
И в этой настигающей темноте я цепляюсь за одно–единственное воспоминание. Ее лицо. Ее глаза, в которых я сегодня утонул.
С этим образом я и проваливаюсь в пустоту.
Анна
Часы ожидания тянутся невыносимо медленно. Я пытаюсь сидеть в холле клиники, но стены будто сдавливают меня.
Не хочу никого видеть, не хочу ни с кем разговаривать. О еде даже думать тошно – аппетит пропал напрочь.
В конце концов, я беру честное слово с девушек в регистратуре, что они позвонят мне в ту же секунду, как операция закончится. Выхожу на улицу.
Мне нужно подышать.
Питерский воздух колючий и свежий. Он немного приводит в чувство.
Я отхожу от клиники. Пытаюсь хоть на мгновение отвлечься от мыслей о том, что сейчас происходит за дверями операционной.
Да, все идет по плану. Да, все будет хорошо! Но это волнение сильнее меня.
Тишину прерывает звонок. Это сестра. Хм…
Я отвечаю, и она без всяких приветствий выпаливает:
– Аня, что случилось? Почему Витю арестовали? Что вообще происходит?
Внутри все понимающе екает. Значит, Артур передал досье туда, куда следует.
Я не спрашивала его, что он решит. Какая судьба ждет моего бывшего мужа…
Честно говоря, мне было не до Виктора – все мои мысли занимал только Артур.
Я даже не знала, что должна чувствовать: жалость? Злость? Желание пощадить?