И как сказала Мари, он фанат репутации клиники. Что в целом логично. Любое пятно на ней, на сотруднике, для него – катастрофа.
Если Виктор подсунет ему фальшивку, Вадим может не захотеть разбираться в хитросплетениях моей личной жизни. Он просто укажет на дверь, чтобы не рисковать именем заведения.
Первая реакция – позвонить Артуру. Рассказать всё прямо сейчас, пойти на опережение.
Но я вспоминаю его категорическое: «Не беспокойте меня всяким мусором».
Для такого человека, как он, мои разборки с бывшим – именно мусор. Мелкие дрязги, которые не должны его касаться.
И что именно я ему скажу?
«Артур, мой бывший на меня копает? Что–то соврет, но я не знаю, что?»
Это звучит странно.
Я не хочу оправдываться раньше времени. Не хочу защищаться от обвинений, суть которых ещё сама не знаю.
Если я ни с того, ни с сего начну убеждать, что в моей карьере всё было чисто, это будет выглядеть, будто я пытаюсь скрыть правду.
Всё слишком мутно и неопределенно….
Утро в усадьбе снова тихое. После тревожного сообщения от бывшего мужа я спала плохо..
Артур больше не звонил и не писал. Первое и последнее сообщение отправил, когда садился в самолет.
За завтраком пытаюсь осторожно расспросить домработницу.
Она лишь качает головой: «Артур Антонович не сообщал, когда вернется».
Этого и следовало ожидать. В этом доме каждый знает свое место и лишнего не болтает.
Но вполне возможно, она ничего не знает на самом деле.
Сегодня я решаю никуда не выезжать с усадьбы. Да мне никуда больше и не надо.
Надеваю куртку и кроссовки, выхожу прогуляться по территории у дома.
Олега, моего водителя, нигде не видно. Охрана кивает в знак приветствия, но в разговоры не вступает.
Я решаю пройтись.
Снег лежит неровными пятнами, местами он совсем подтаял, обнажая темную землю и пожухлую траву.
Я медленно иду по дорожкам сада. Усадьба огромная.
Видно, что лет десять–пятнадцать назад здесь жила большая семья. В глубине сада я нахожу деревянную беседку с резными перилами и детскую площадку.
Краска на качелях облупилась, а горка сломана.
Когда–то здесь было уютно и шумно, хозяева явно любили этот дом. Но потом наступило запустение.
Теперь Артур купил это место, чтобы устроить себе «крепость» на время восстановления после операции.
Интересно, а какой его настоящий дом? Тот, что в Москве. Это такой же величественный особняк или городская квартира холостяка?
Я вспоминаю то немногое, что успела найти о нем в интернете. Когда студентка Мари предложила мне эту вакансию, я первым делом залезла в сеть.
Информации о Щербинском мало.
Пишут, что Артур женился лет в двадцать пять – двадцать семь. Брак продлился около пяти лет и распался. О причинах – ни слова.