А просто хладнокровно заколоть их Тенмар не способен. И считайте его трусом сколько угодно.
Не способен — пока есть хоть один шанс! Даже призрачный — как те астры и закат…
Ирия, не колеблясь, потянула Эйду к окну. А та вдруг вырвалась из рук сестры. С неожиданной силой отчаяния. Так бывает…
И ринулась к двери.
Рассудка лишилась? Очень даже возможно!
— Мама! — пронзительно закричала несчастная девчушка. — Мамочка!..
Дверь вылетела бессильным куском дерева. В проеме выросли сразу трое врагов. А за ними — сплошное сине-белое марево мундиров! Ревинтеровцы, чтоб им! Побитый молью шакал Бертольд решил урвать кусок. Пока не отобрали…
Анри едва успел заслонить обеих девчонок. Теперь — только задержать солдатню! Вырвать у смерти минуты — чтобы Ирия доволокла до окна насмерть перепуганную сестру.
Осуждать Эйду нельзя: любая лань обезумеет от ужаса — если загнать ее на псарню. Но у Ирии только сердце львиное, а руки — по-девичьи слабы.
Впереди и вокруг — бешеные вопли врагов. Позади зеленоглазая ни угрозами, ни силой не может справиться с сестрой!
Значит, Ирии нужно больше времени.
Что ж, подполковник Тенмар. Задержать врагов — последнее, что ты можешь сделать для нее и ее отца. Так постарайся успеть хоть это!
2
Чьи это тряпки⁈ Не королевские, не Всеслава Словеонского. Не Ормхеймского Бастарда…
И что нашло на Эйду, чтоб ей⁈
— Офицера взять живым! — рявкнул мерзавец с той стороны.
Илладэнскую шпагу пришлось отдать монахиням. Никто не пустил бы в храм вооруженную женщину. И теперь от Ирии нет толку — совсем нет!
Что можно сделать с жалким кинжалом? Только молча смотреть, как дерутся за тебя. Как вместо тебя спасают твою бестолочь-сестру!
Почему Ирия слова не возразила курицам-монахиням? Сейчас не хлопала бы попусту глазами. Как последняя слабовольная дура, как жалкая дрянь!
Она ни разу не видела настоящего боя. Не считать же им учебные тренировки с братом.
Но тут даже Эйде ясно — Анри на голову превосходит противников. К счастью для бестолковых сестер Таррент.
Двое… отлично — уже трое! — мертвы.
Только их место занимают другие. Как в сказке — где у змеи взамен отсеченных голов отрастали новые…
Еще пять сине-белых — на пороге кельи. Ждут очереди. А сколько в коридоре — лучше не представлять.
Лев — сильнее гиен. Но рано или поздно он выдохнется — если гиен целая стая! И подлые твари это понимают.
Не понимает Эйда — дурища, которую Ирия готова убить еще и за это! Трусиха, курица безвольная!
А сама-то? Жалкая, бестолковая, слабосильная…
Четвертый… Приятной дороги в Бездну!
Злость помогла — Ирия беспощадно вывернула противнице руку. Эйда простонала раненым котенком.