— Прошу прощения, подполковник! — Кридель высунул голову — под подушкой было уютнее! И честно попытался отсалютовать сидя. Кажется, получилось. — Разрешите остаться в камере!
— Не разрешаю, Серж. Разрешаю идти с остальными. Вольно. — В черных глазах плещется смех.
Как он может улыбаться в таком месте⁈
— Не вешай нос! — Эверрат хлопнул Криделя по плечу. — Привыкнешь.
— Что?
Как они тут все не свихнулись — за полтора года?
Или как раз свихнулись? Просто этого не понимают? Серж в этой тюрьме, этом городе и этой стране — меньше месяца. И вот-вот взвоет волком.
Квиринцы, гады! Лучше бы уж сразу убили.
— Она опять сюда летит! — Криса, корнета Кристиана Триэнна, самого юного из военнопленных, не оторвать от окна и новым званием. Не то что какой-то «относительной свободой».
— Да она их нам подарить хочет! — хохотнул Кевин. И он заразился! — Вон, клюв в решетку суёт.
— Птица — дама, — наставительно заявил Рауль. — Кому захочет — тому и подарит.
Крис, поддерживая игру, осторожно протянул руку к ожерелью. Крылатая гостья немедленно порхнула на другой конец окна.
Разборчивая.
Раз — и вновь сунула клюв меж толстых прутьев. Черная, блестящая шейка, багряно-осенние камни. Под рябину только крашеные — теперь это заметно.
А сначала показалось — настоящие ягоды. Такие в отцовском саду растут…
— Не-а, не мне. — Крис даже разочарован. — Подходи следующие…
Подбадривающе-насмешливые улыбки «боевых офицеров». Дружеские толчки в бок, легкие смешки.
В свою очередь на свидание с крылатой «дамой» отправился Конрад Эверрат. И тоже остался ни с чем.
Игра захватила всерьез. «Дама» хочет одарить — самого достойного на свой птичий взгляд.
И разочарование «отвергнутых» — самое настоящее. Как это — не им?
Как можно заниматься подобной ерундой — когда всё так ужасно⁈
Раньше Серж отнюдь не такими представлял проигравших мятежников. Серьезны тут только Анри и Шарль с Раулем. Да и то — не всегда.
Кстати, капитан Керли лучше уж пусть хмурится. А то остроты у него… Остальные же «воины» и вовсе вечно шутками перебрасываются да байки травят.
Кридель никогда не думал, что всё будет так. Творец Милосердный, он тогда вообще ни о чём не думал!
Глава вторая.
Квиринско-Эвитанское пограничье. — Квирина, Сантэя.
Начало Месяца Рождения Осени — начало Месяца Сердца Осени.
1
— Итак, сударь! — ледяной голос Северного Волка не оставляет и тени сомнения. Ни в его намерениях, ни в отношении к собеседнику. — Не будете ли так любезны объяснить, почему осмелились нарушить приказ?
Юного порученца никто в суматохе просто не догадался выставить вон. И теперь он потрясенно замер в полумраке дальнего угла палатки. Не сводя глаз с обоих: знаменитого как подвигами, так и жестокостью эвитанского полководца, маршала Всеслава Словеонского, и капитана Роджера Николса. Своего друга. Лучшего и в этой армии — единственного.