И что случилось, если ты при виде родной сестры едва за шпагу не схватился? А Ирия — безоружна, между прочим.

Или принял в полутьме за Призрак Дочери Лорда? Так больше надо факелов зажигать. Таинственность хороша лишь в романах.

— Леон, отец у себя?

— Отец занят!

Спокойно!

Решил «держать и не пускать»? Ну-ну. Год назад — и то бы не вышло. А уж теперь…

— Когда освободится?

Только бы не сорваться! Леон всё-таки ее брат. Ирия сумеет его убедить!

— Для тебя — в ближайшие дни вряд ли!

— Ты знаешь, что Полина собралась запереть Эйду в монастыре? До конца ее дней?

Вот так — и глаз не отводи. Что, даже от Ирии не ожидал? Так вы в разных родителей уродились, ты — в папу, она — в маму.

А чего ждал? Что когда-то любимая сестра закатит глаза, грохнется в обморок? Или начнет жеманно лепетать — вокруг да около?

Так она не умеет.

3

Леон Таррент всегда боялся полнолуния. Ирия в детстве любила пугать брата ведьмами. А он потом в такие ночи заснуть не мог. Страшился, что злые колдуньи украдут его душу!

Да и кто не согласится — в полной луне есть нечто зловещее. Словно она открывает двери силам Тьмы! Таких ночей не боятся лишь волки, кошки, ведьмы… И озверевшие девицы, кому уже на всё плевать. Те, кто приходят с нелепыми обвинениями и обзывают белое черным.

Юноша не сразу оправился от замешательства. Слишком уж яростно вгрызся в душу зеленый взгляд!

В последнее время всё чаще приходит в голову: не ведьма ли сама Ирия? У кого обычно такие глаза? Говорят, были у бабушки, но ее Леон не застал…

— Ирия! — в последний раз попытался он решить дело миром. — Иди к себе в комнату! Я — твой старший брат и приказываю тебе…

— Ты вообще меня слышал?

Юноша содрогнулся. Что за дикая сила яростно рвется из изумрудных глаз? Говорят, женщины, продавшие душу Темному, по ночам принимают облик диких кошек. И убегают на шабаш. Как раз в такие ночи. Когда в небе лыбится полная луна, а в ставнях свистит ошалевший ветер. Именно тогда ведьмы и творят свои черные дела!

— Ты вообще мне — брат? — Сколько в ней ярости! Девчонка взбесилась! — Ты Эйде — брат⁈

— Брат…

Куда бы отвести глаза? И почему он вообще их отводит? Ему совсем не по себе, хотя Полина — кругом права.

— Да пойми ты: Эйде будет намного лучше в монастыре!

— Что? — голос Ирии упал до змеиного шелеста. А по ошалевшему взгляду можно решить — вместо родного брата она узрела Призрак Дочери Лорда. — Что⁈

Ее даже обнять вдруг захотелось — такой потерянной кажется. Может, Полина всё же в чём-то ошибается? Немного? Сестра — просто нервная, и ей всего пятнадцать. Сейчас Леон еще раз попробует найти нужные слова.