Подготовительный этап завершился, когда Володе моему уже четырнадцать стукнуло, так что «финальным» мы занялись уже вместе. То есть теперь я не просто что-то делал, а подробно объяснял сыну, что я делаю, как и зачем. И не только ему: в собранной мною команде таких же мальчишек было два десятка человек, а вполне взрослых товарищей — вообще сильно за сотню. А такая команда очень много чего может сделать довольно быстро, так что на постройку нового корабля у нас ушло всего-то меньше трех лет. А когда завершилось строительство этого корабля…
Когда корабль сошел на воду, в жизни поменялось уже очень многое. Например, возле Воронежа раскинулся уже огромный яблоневый сад, в котором росли три сорта яблок. Одни были довольно большими, зелеными и сладкими (то есть это явно не антоновка у нас плодоносила), и они созревали в начале сентября, а лежали вообще до зимы. Другие были чкть больше куриного яйца, и когда созревали, были в мелкую красную полоску (мне напоминали кориченое полосатое — по виду), но их нужно было или в течение недели после сбора в середине августа съесть, или просто высушить: лежать они просто отказывались. Зато урожаи их — а урожайными были каждый второй год — были просто огромными. А третий сорт народ именовал не иначе, как «золотыми яблоками»: спелые они были ярко-желтыми и прозрачными как янтарь… как мутный янтарь, но семечки разглядеть было все же возможно. Правда, с дерева хорошо если сотню яблок получалось сорвать, да и такое счастье не каждый год случалось — а вот про лежкость их никто ничего сказать не мог: они были на самом деле очень сладкими и детишки их успевали съесть буквально за пару дней после сбора урожая. И эти яблоки вообще не росли в еще более огромном саду, раскинувшемся под Тулой: вроде и недалеко, но там они почему-то постоянно вымерзали.
Но кроме садов, еще и огороды очень многим теперь население радовали: там массово началось выращивание белокочанной капусты. И я массовому внедрению этой очень полезной культуры был, но теперь-то в любом деревенском доме окна со стеклами стояли, так что вырастить на окошке рассаду оказалось нетрудно. А затем эту рассаду высадить и на огороде, когда заморозков уже не ожидалось. А еще я (чем особенно гордился… дома, когда к обеду готовился) научи людей капусту квасить — и теперь в таком виде она почти в каждом доме постоянно к столу подавалась. С маслицем (горчичным), а еще сахарочком посыпанная: ну просто объедение!
Насчет сахара сейчас все просто получилось: свеклу («римскую», в наши земли она, мне кажется, оттуда и пришла, хотя могу и ошибаться) на каждом огороде сажали, и она была двух заметно отличающихся сортов: одна — привычного мне вида, бордовая (правда, на мой взгляд мелковатая, но на борщ и такой вполне хватало), а другая была светлой, едва красноватой, а иногда и вовсе белой (и именно ее называли «римской»), и вот она была покрупнее и с очень пышной ботвой. А я снова решил «жизнь подсластить» и из «римской» свеклы сделал сахар. То еще было развлечение, из тонны этой свеклы сахара у меня получалось сделать килограммов пятьдесят — но урожайность овоща была очень высокой, центнеров сто с гектара считалось нижним пределом нормы. Правда, после свеклы на этом же поле вообще мало чего росло (насколько я помнил, свекла весь калий из земли вытягивает), но недостатка в земле в степи не было, а так как тут народ повадился щемлю на волах пахать, подготовить новые поля «под свеклу» было и не особо трудно. И народ — готовил, но все же не рази того, чтобы «еще слаще жить». То есть против наличия сахара в рационе вообще никто не возражал — но Византия за такой сахар готова была «что угодно отдать», и тот же наждак нам из Греции и привозили исключительно в обмен на сахар. А наждака промышленность требовала много…