— А вода хоть у вас есть? — продолжил допрос Виктор.

— Колодец у последнего дома, — от любопытства старик открыл второй глаз. — Мыться я вам в нём не дам.

— Так, мы поесть хотели приготовить, — мягко сказал Виктор. — На всех.

— Поесть? — встрепенулся наш собеседник и прочистил горло. — Фаюм! Карли! Бегом ко мне!

Его голос загремел над всем поселением раскатом грома. И откуда у такого тщедушного тела столько силы⁈

На призыв из ближайшей избушки выглянула лохматая голова.

— Чего орёшь, Старшой? — сонно спросил Фаюм.

— Котёл мой принесите да отмойте его хорошенько! Быстро! Быстро!

От такой команды голова резко спряталась и через секунду появился молодой парень примерно моего возраста. Низенький, одетый кое-как, но готовый выполнять любое поручение Старшого. Вслед за ним высунулась ещё одна фигура. Тут я не мог сказать точно, она это была или он. Уж больно худое телосложение, да и волосы короткие.

— И воды в нём принесите! — крикнул им вслед старик.

— Может, помочь чем? — аккуратно спросил я.

— Нет, пусть побегают, — едва слышно ответил Старшой, — а то только и умеют лежать и ничего не делать.

Не прошло и получаса, которые из-за криков роженицы показались мне вечностью, как над костром уже висел котёл, литров на десять, полный холодной воды. Виктор кивнул и принялся возиться в рюкзаках. Всю еду показывать он не стал, чтобы ни у кого не возникло желания нас убить и забрать провизию. Я активно помогал, причитая, что последнее отдаём и старался закрыть обзор старику, который то и дело вытягивал шею, разглядывая в потёмках Виктора. Рядом крутилась Адель, которой тоже было интересно, чем мы заняты.

Вскоре в котёл полетел кусок вяленого мяса, несколько горстей крупы и пригоршня травок.

— Так ты и готовить умеешь? — не удержался я от вопроса.

— В походах и не такому научишься, — он уже снимал пробу, щедро отсыпая соли. — Не кухня дорогого ресторана, но накормить голодных получится. Эй, Старшой, а много у вас тут людей живёт-то?

— Так, душ пятнадцать наберётся, — ответил он задумчиво. — Или даже четырнадцать, если Ледонечка не выживет.

Всё это было сказано обыденным тоном, словно стоял вопрос про цену на козу, а не про человеческую жизнь. Меня от такого передёрнуло, но комментировать это я не стал.

От супа совсем скоро потёк приятный аромат, на который из избушек стали появляться новые лица. Хмурые, недоверчивые, но с надеждой в глазах.

— Чего встали⁈ — крикнул старик, заметив их. — Ложки да миски берите! Лодыри! Только и думают, как набить брюхо.

— А чем вы тут питаетесь, вообще? — спросил я.