— И это всё поселение? — тихо спросил я Виктора.

— А что ты хотел, люди выживают как могут. Здесь нет крупных торговых трактов, земли нейтральные, так что ни одно государство не вливает сюда деньги. По сути — это те, кто хочет жить свободной жизнью. Ну а что из этого выходит — ты видишь сам.

Всё поселение больше напоминало небольшой палаточный лагерь, только вместо этих самых палаток были… Я даже не знаю, как это назвать! Вроде как домики, но вблизи выглядели они, как хлипкие избушки, где тонкие палки держали плотно утрамбованную землю, а на крышах лежали пласты дёрна, заросшие травой.

И костёр у них был примечательный. В большом углублении были набросаны какие-то кирпичики. Только вблизи я смог уловить запах навоза. Да, порой в отсутствие дров, приходится питать огонь чем попало.

— Доброй ночи вам! — сказала Сирень. — Можно ли у вас остановится на ночлег?

Рядом с костром сидела пожилая женщина и старик, который, судя по лицу, видел не меньше сотни зим.

— Останавливайтесь, — проскрипела старушка. — Места много. Вот только накормить мы вас не сможем.

Мы не успели спешиться, как из одной избушки выскочила бледная девушка.

— Марыся! Ничего не помогает! Я не справлюсь! Помрёт до утра! — увидев нас, она резко остановилась, переплела пальцы и коснулась лба. — А вы ещё кто такие? Нам тут чужаков не надо. Без вас проблем хватает.

До нас долетел истошный женский крик, полный боли. Он разлетелся над поселением, заставив у меня застыть кровь в венах. Адель испуганно спряталась за мать.

— Если кто-то болен, может, я могу помочь? — Сирень выступила вперёд. — Я немного разбираюсь в лечении, и травы у меня с собой.

— Сможешь ли ты отогнать тень смерти? — скептически отозвалась девушка.

— Умолкни, Бешка, раз люди предлагают, нельзя отказываться, — Марыся с кряхтением поднялась и неторопливо подошла к Сирени. — Если и вправду, можешь лечить, то прошу помощи. Роды сложные, кровь пускали, а всё мается наша Ледонечка.

Женщины оставили нас и Адель на попечение старика, который коротко глянул на нас и снова закрыл глаза, потеряв всякий интерес.

Всего в этом поселении было девять избушек, похожих в темноте друг на друга как матрёшки. Я как ни старался, больше ничего рассмотреть не смог, вроде как огородики позади были, но то может и кусты обычные.

Время шло, желудок начал намекать, что неплохо бы и поесть. Мы с Виктором переглянулись, вспомнив слова Марыси про «накормить не сможем» и окликнули старика.

— А есть ли у вас тут котёл большой? — вежливо спросил кронпринц.

— Конечно, есть, — он открыл один глаз. — Только не пользуется им никто уже давно. Лежит у меня на заднем дворе. Зачем вам он?