Попытки накормить Ракса или хотя бы дать ему воды, мне напомнили сцены с диким зверем. Когда страшно всем сразу и доверия нет никакого. Но выход нашелся. Бурдюк с водой наклонили совсем рядом с лицом Ракса, но так, чтобы оставаться вне зоны его досягаемости. Вода пропитала кляп. Не весть что, но уже на душе стало как-то спокойнее. Когда же мы услышали причмокивающие звуки, то и вовсе расслабились. Шансов довезти его стало больше. Тем более, судя по всему, караванщик понимал причину наших действий и кажется был даже благодарен. Но тряпка во рту мешала ему об этом нам сказать, а вытаскивать её дураков не было.

Остальная часть пути прошла без приключений и почти не запомнилась. Мы гнали лошадей вперед, останавливались на короткий отдых, чтобы животные не пали, собиралась и двигались дальше.

И когда показались высокие стены Роярда, мы все выдохнули с облегчением. Единственное, что меня напрягло — это огромная очередь из телег и фургонов перед воротами.

— Стражники проверяют товар, — пожал плечами Виктор, — если чего-то, что запрещено ввозить на общей основе и этого нет в документах, то сразу в темницу. Здесь разговор короткий.

— Но у нас же больной. Не станет ли это опасным в таком скоплении людей? — спросил я, поглядывая на то, что наш караван с двух сторон уже зажимали другие фургоны.

— Отправлю Маркуса с этим вопросом к стражникам, — кивнул он и потом хмуро посмотрел на меня. — Сергей, в этом городе нам с Сиренью показываться не нужно. Мы часто здесь появлялись и нас могут узнать. А кто друг и кто враг нам сейчас неизвестно. Могу ли я попросить тебя взять на себя обязанности старшего?

— Конечно, я все понимаю, — кивнул я.

— Если что, спрашивай, я тебя не бросаю одного на растерзание, — он слегка дернул уголком губ, обозначая улыбку.

Потом повернул коня и подъехал к Маркусу, через минуту тот сорвался с места и поскакал в сторону ворот, чтобы найти стражника. Я очень надеялся, что у него хватит ума не орать про проклятье.

Но когда из города выдвинулся целый отряд с мечами в руках, я понял, что ошибся: охранник растрепал все, как на духу.

Соседние караваны стремительно отъезжали, в очереди началась суматоха и толкотня, которая набирала обороты со скоростью распространения слухов. И буквально через полчаса вокруг нас возникла зона отчуждения.

— Кто главный? — рявкнул стражник, закованный в броню.

Его взгляд из-под шлема злобно ощупывал меня и Маркуса, будто сканируя нас.

— Добрый день, — я сделал шаг вперед, держа коня под уздцы. — Хозяин каравана находится во втором фургоне. Он сильно болен, ему нужна помощь лекаря. Поэтому мы просим пропустить нас без очереди.