— О, Небо! Бежим туда, — вскочил Ли, торопливо допил чай, и тут заметил, что Лю Биня в зале магистрата уже нет, а Ци торопливо пристегивает к поясу ножны с мечом и движется к дверям.

Ли Лунчжэнь бросился следом. Прибыв на место, они увидели, что от некогда величественного дома Чжао остались только обгоревшие остовы стен, огромные обгоревшие ящики, дымящиеся угли и жалкие клочки золы. Дым едкой пеленой застилал всё вокруг. Ли, задыхаясь, пытался разглядеть хоть что-то сквозь завесу пламени и дыма.

Обгоревшие ящики оказались гробами, в которых покоились до похорон Чжао Вэйчан, его сын и племянник.

В стене Ли Лунчжэнь заметил стрелу. Ее древко было обуглено, а наконечник, обмотанный остатками пакли, ещё хранил следы огня. Это было несомненное доказательство поджога, но кто мог сотворить такое злодеяние?

Среди груды тлеющих поленьев, упавших сверху, они обнаружили обугленные тела. Две женские фигуры лежали неподвижно. Пепелище скрывало свою тайну, но не могло утаить подлинную природу трагедии. Лю Бинь, присев на корточки, внимательно осматривал тела, пытаясь уловить намек на истину. Запах гари смешивался с тяжелым духом смерти. При ближайшем рассмотрении стало ясно: это были сестры Чжао — Юйнин и Лимяо. Их лица были искажены ужасом, а полосы на шеях говорили о другой, куда более страшной причине смерти. Они не задохнулись в дыму, их задушили.

Ци, откашлявшись, хрипло проговорил.

— Я был неправ. Лис не только безжалостен, он ещё и последователен. Дома Чжао больше нет.

— А Ян и Мао остались с носом, — с нескрываемым злорадством в голосе констатировал Лю Бинь.

— Кстати, — поинтересовался Ци Цзинь Юэ, — господин Ли, а что полагается чиновникам судебного ведомства, нашедшим клад и передавшим его в казну?

Ли пожал плечами и, разглядывая трупы слуг и перечитывая их, бездумно пояснил, что чиновник судебного ведомства не занимается поиском сокровищ, а осуществляет правосудие и контролирует соблюдение законов.

Тут он опомнился.

— Какой ещё клад? Ты что, знаешь, где деньги Чжао?

— Знать, разумеется, не знаю, а предположить могу.

Ли хмыкнул, не скрывая досады. Вот же торгаш!

— Ну и чего ты хочешь?

— Продвижение на один ранг для нас с Лю Бинем.

Глава судебного ведомства заметил, что Лю Бинь окинул Ци Цзинь Юэ взглядом, исполненным преданности и восторга. Даже на него он так никогда не смотрел.

— Бесстыдник! Да ты и месяца ещё не служишь!— оторопел Ли Лунчжэнь от такой неслыханной наглости. Но тут же махнул рукой. — Ладно, смотря что найдете. Если подлинно золото, напишу рапорт.

Цинь Цзин Юэ поднялся, поманил за собой Лю Биня, и оба, подхватив лопаты, направились к южной стене сгоревшего дома Чжао. Земля здесь была слежавшейся, словно кто-то пытался её утрамбовать как можно плотнее. Они начали копать, и вскоре лопата Цинь Цзин Юэ ударилась обо что-то твёрдое. Это был не камень, а плотный деревянный ящик, от времени наполовину сгнивший, но всё ещё крепкий. Осторожно, чтобы не повредить содержимое, они начали его раскапывать. Когда ящик показался целиком, они с трудом подняли его из земли. Сбили замок, крышка поддалась с характерным скрипом, и перед ними предстало зрелище, от которого перехватило дыхание даже у Ли Лунчжэня.