— Встань! — гаркнул я.

Вертя головой и продолжая реветь, она неуклюже поджала под себя ноги и встала на колени. Покрасневшие от усталости и бесконечных слёз глаза уставились на меня с тенью иронии.

Её дом был пуст. За окнами — угнетающая душу тьма. За порогом на деревянном полу стояли пару женских ботинок из грубой кожи и детские сандалии. Дух ребёнка выветрился, как и запах одежды и звон смеха, наполнявший когда-то стены этого дома.

— Встань с колен, — повторил я более мягким тоном.

— Зачем? Чтобы ты могла унизить меня? Растоптать, как таракана…

— Ты видишь во мне «кровокожа», но глаза твои обманывают тебя.

Она притихла, веки медленно опустились, словно спасая глаза от палящего солнца, мешавшего ей разглядеть собеседника, стоящего рядом.

— Меня зовут Инга, и мы здесь не для того, чтобы похищать ваших детей.

— Ты — «кровокож». Зачем ты обманываешь меня? У меня больше нечего забрать, кроме моей жизни!

— Успокойся, женщина!

Её глаза опустились на мой плащ. Все мышцы женского лица содрогнулись, когда мозг осознал увиденное.

— Ты… — замямлила она. — Ты хочешь забрать моё лицо?

— Если ты сейчас же не встанешь на ноги, я сдеру с тебя всю кожу!

Отрезвляющие слова. Надо почаще пользоваться такими козырями. Девушка незамедлительно, с воем и рёвом встала на ноги. Всё то время она поглядывала на кровь, на которой стояла, и она никак не могла поверить, что её руки чисты. Что её ноги чисты. Чиста одежда. Она тёрла ладони друг о друга, пытаясь стереть кровь, которой там и не было. Продолжая реветь навзрыд, она спросила:

— Зачем вы вернулись?

— В вашей деревне мы впервые. И мы другие. Мы не те «кровокожи». Мой отряд как раз и ищет «кровокожих», которые бесновались в этих краях.

— Они давно ушли.

Девушка утёрла слёзы пыльным рукавом, проглотила слюну. Поправила косынку и заглянула мне в глаза. Тонкие губы кривились и сжимались, отражая страх их хозяйки. Я со всей теплотой улыбнулся и положил свою ладонь ей на плечо.

— Извини, что бросился на тебя так грубо, но ты плюнула мне в лицо.

Девушка молчала. Одной рукой массировала шею и громко сопела, когда второй — поправляла юбку и постоянно бросала взгляд через крыши домов на приближающееся к зениту солнце.

— «Кровокожи» забрали твоё дитя?

— Её зовут Сауле. Семь лет от роду, а в силе не уступала взрослому мужчине. Бегала быстрее собак. Чудо девочка. Она стала для нашей деревне чем-то вроде надежды на новую жизнь. Но пришли «кровокожи» и забрали её!

Горькие слёзы хлынули по её щекам. Она вновь принялась громко рыдать, проклиная воров и захватчиков в кровавых доспехах. Чистые слёзы горя падали на кровь, разлитую под нашими ногами, и тут же превращались в пар, оставляя на глади белёсые разводы соли.