— В чём? — спросил Высоцкий.

Мне показалось, что спрашивал он серьёзным тоном — я не услышал в его голосе ноты иронии.

— Космические корабли запускаем. Танки строим. А жевательную резинку для детей не производим. Чем не позор? Стыдно. Мы сегодня наверняка опозоримся. Но я не откуплюсь от этого позора детскими жизнями. И другим этого не позволю.

Я тут же добавил:

— Даже если мой поступок кому-то покажется непатриотичным. Пускай. Наплевать.

Владимир Семёнович стрельнул в меня взглядом и тут же вновь повернул лицо в сторону лобового стекла. Он постучал рукой по рулевому колесу, затянулся табачным дымом и прищурил правый глаз.

— Что ты придумал, Сергей? Как справишься с электриком и с… тем, кто закроет эту дверь? Застрелишь их?

Высоцкий указал на лобовое стекло. Я заметил, что он ухмыльнулся.

— Есть варианты, Владимир Семёнович.

Я достал из кармана чекушку и показал её Высоцкому.

Сказал:

— Для электрика у меня есть вот это.

— Водка? Тёплая, небось. Гадость.

— Выпьет. Я его уговорю. Я это умею. Через полчаса он уснёт. До окончания матча.

Высоцкий вскинул брови.

— Спецсредство КГБ? — спросил он.

Владимир Семёнович уронил на пол автомобиля сигаретный пепел, но будто не заметил этого.

— Водка со снотворным, — ответил я. — «Русская». Не лучший выбор, понимаю. Для нашего электрика сойдёт. Я растворил в ней три таблетки. Импортное средство. Вреда не нанесёт. Но усыпит гарантировано. Что мне и нужно.

Я надавил пальцем на пробку, показал Высоцкому этикетку на бутылке. Виктор Семёнович кивнул.

— Как пройдёшь мимо контролёра? — спросил он.

— Покажу ему удостоверение Бурцева, — ответил я. — В закрытом виде, разумеется. Не засвечу здесь фото полковника.

— Второго тоже водкой угостишь? Того, что закроет ворота.

Светящийся кончик сигареты показал на юго-восточный вход во дворец спорта. Над лестницей снова взлетело и умчалось в направлении автобусов облако дыма.

— Со вторым я договорюсь иначе. Не сомневайтесь, Владимир Семёнович: ворота он не закроет.

Я улыбнулся, надел кепку, поднял воротник куртки.

Сообщил:

— Дальше я уже сам. Спасибо, что подвезли меня, Владимир Семёнович. Рад, что пообщался с вами. Знаю теперь, чем похвастаюсь детям и внукам. Вы гениальный поэт и артист. Удачи вам. Не болейте.

Я протянул Высоцкому руку — тот её снова проигнорировал. Он выдохнул за окно дым.

Владимир Семёнович повернул голову, посмотрел на меня и сказал:

— Ладно, Сергей, давай мне свою бутылку.

Он махнул рукой, разбросал по салону пепел.

— Поднимусь к твоему электрику, — сказал Высоцкий, — напою его водкой. Уж со мной-то он выпить точно не откажется.