Во время церемонии я чувствую каждый нерв, словно все они живые и танцуют внутри, вмещая магию церемонии, которая течет по мне, моему гостю, переливается в заварник и заколдованную воду.

Я наливаю чай, и в воздух взмывает облако пара. Протягиваю чашку Са Ранжиму и вижу, что пара нет. Моргаю, чуть не роняя заварник, – пар образовал силуэт дракончика. Я смотрю, как тот постепенно становится голубым.

Малыш парит передо мной, обращает на меня свои золотистые глаза и дрожит. Беспомощно машет крылышками. И бессильно падает.

Я выпускаю из рук заварник, чтобы поймать дракончика. Стоит мне двинуться, как Са Ранжим тоже реагирует и подхватывает заварник со скоростью Энтеро – чайник тоже спасен. Малыш-дракон утыкается носиком в мою ладонь, я ахаю, чувствуя его мягкую, гладкую и теплую чешую. Ничего не понимаю.

– Это ваша магия? – шепчу я.

– Нет, – говорит Са Ранжим с искрящимся взглядом. – Она ваша и наша.

Дракончик дрожит и выдыхает через ноздри дым, в котором мелькают искорки пламени.

– Если он выдыхает огонь, как ему может быть холодно? – любопытствую я.

– Возможно, потому что холодно за пределами вашего пышущего паром заварника, – предполагает Са Ранжим.

Это объяснение меня вполне устраивает, что, наверное, не делает чести моему умению справляться с неожиданной и удивительной магией.

Малыш скрещивает лапки, пытаясь согреться, и я резко выпрямляюсь. Положив дракончика на колени, лезу в чемоданчик и достаю носки. К счастью, они довольно большие, так что я надеваю один на скрещенные передние лапки, а другой – на задние. Дракон восторженно урчит и довольно сворачивается у меня на коленях. Так ему еще теплее.

Я смотрю на Са Ранжима:

– У меня появились вопросы.

Его глаза тепло поблескивают.

– Как я понимаю, вы не знаете, чем является ваш заварник, – говорит он.

– Очевидно, нет, – вскидываю я брови.

– Он сделан с помощью арканной магии, – говорит Са Ранжим. – Я не арканник, не умею так трансформировать сырую магию и не могу сказать больше. Как он у вас оказался?

– Мне его подарили, – отвечаю я, не сводя глаз с мерцающего заварника. – Кое-кто, кого мне, видимо, следовало подробнее о нем расспросить. Но из него еще ни разу не вылетал дракон.

– Полагаю, вы в Катастрофе впервые, – говорит он. – И церемонию вы проводили не просто для меня. Чистое искусство, прямо как то, что вы сейчас продемонстрировали, всегда создавало духов, даже если их и не видно. А чай всегда был священным в вашей культуре, разве нет?

Традиционная смесь «Голубой дракон», возникшая сотни лет назад.

– Творение земли, созданное в воде и выпущенное в воздух, – произношу я беззвучно. – Значит, я создала дракона?