Он улыбается:

– Не пекарню. Она делает фигурки из карамели. Она нигде не училась, поэтому практикуется и экспериментирует, когда соглашается взять у меня чуть больше денег, чтобы хватало не только на еду и одежду для семьи, но и на материалы.

Дэниел аккуратно раскладывает рис с курицей и яйцом в глубокие тарелки, а я отношу их к столу, пока он ищет палочки.

– И как вы справляетесь? – спрашиваю я, садясь. – Как избегаете чувства вины за то, что они для вас сделали и делают, если ваших стараний все равно недостаточно, чтобы помочь им?

– Я отвечу на ваш вопрос, но сначала попробуйте, – говорит он.

Я замолкаю. С Лорвин я притворялась, но с Дэниелом…

– А как правильно это есть?

– Насколько я знаю, правильного способа нет. А, вот. Смотрите?

Он не перемешивает блюдо, а берет немного яйца, лука и риса. Я повторяю за ним, и глаза у меня изумленно округляются.

– Восхитительно! – восклицаю я.

– Необязательно так сильно удивляться, – говорит Дэниел, которому явно весело.

– Но выглядело так просто!

– Прекрасно. Вам нравится? – улыбается он.

– Определенно.

– Еще лучше. Теперь вы знаете, что еще вам нравится.

Теперь улыбаюсь я:

– Да, знаю, спасибо.

– Вернемся к вашему вопросу. Вы сами частично на него ответили: у меня нет возможности хоть немного отплатить семье. Родители поддерживали меня из любви, и, пусть они принимают мою помощь, им не нравится, когда ее слишком много. Потому что они помогали просто так.

– Но вы все же помогаете, когда можете.

– Да, но за все это время я понял, что порой попытки помочь бывают слишком навязчивыми. Если я переборщу, то кому от этого лучше – им? Или же мне?

– И какой выход вы нашли?

Дэниел вздыхает:

– Здесь мне нужно признать, что мой выход не самый здравый. И верного ответа у меня нет, есть только мой.

Думаю, я уже поняла его.

– Они поддерживали вас, чтобы вы могли жить своей жизнью, а не обслуживать их. Чтобы вы не упустили этой возможности.

– Да. Они желают мне счастья, и я счастлив. Но счастливее я тогда, когда мой труд приносит пользу и им тоже. И я тружусь. И люблю свой труд, но… Я тружусь намного больше, чем, по их мнению, должен.

Вспоминаю слова Саяны на церемонии посвящения. Что труд везде нужен и я могу принести много пользы, если направлю силы в нужное русло.

Много ли пользы я принесу как чайный мастер? Я должна найти ответ ради тех, кто мне уже помог.

– О чем задумались? – тихо спрашивает Дэниел.

Я сглатываю, поражаясь тому, как быстро съела почти весь рис. Я не преувеличила, когда сказала, что это вкусно.

– О моей сестре Саяне, – начинаю я. – Она высказала очень похожую мысль, хотя подразумевала совсем иное.