Я не ранимый подросток и не юная барышня. Так-то за тридцатничек перевалило. И видеть мне приходилось всякое. Но сцены, которые были запечатлены на снимках, заставили волноваться даже мой насквозь пропитанный цинизмом организм.

Представить не могу, где Серый раздобыл столь опасную инфу. Думаю, через своих ментов-корешей. И тот факт, что менты данные фотографии тоже скорее всего видели, но человек, по чьему приказу совершались убийства, заснятые на камеру, до сих пор пребывает на свободе, делает ситуацию еще более хреновой.

Серый…Мой единственный друг в тех кругах, куда я, Макс Соколов, король криптовебинаров и бизнескоуч, так лихо занёсся, сам того не желая. В кругах криминальных связей, больших денег и очень, сука, очень опасных людей. Где мои заумные фразы про «коучинг» и «пассивный доход» звучали как детское «ля-ля-ля».

Серый когда-то давно крутился среди «братков», которые из лихих 90-х красиво перешли в новую жизнь, заполучив себе депутатские корочки, заводы и пароходы. Он был единственным человеком, способным раздобыть реальную информацию. Ну он и раздобыл. Жаль, что слишком поздно.

А виной всему — она. Марина. Марина, Мариночка, Маринэ… Знойная брюнетка с четвертым размером груди, с талией, которую можно обхватить пальцами, и задницей, способной довести до депрессии Дженифер Лопес.

Жена того самого Артёма Леонидовича Волкова, подробную биографию которого прислал мне Серый.

Очарованная моей наглостью и арендованным костюмом, Марина вложила в мой «эксклюзивный пул» сумму, от которой тогда текли слюнки, а сейчас — только холодный пот по спине.

Кто же знал, что она жена криминального авторитета? Кто же знал! Этот урод вообще нигде не светился рядом с ней. У них даже фамилии разные. А я, увлечённый и вдохновленный семизначными суммами, не удосужился проверить ее, сука, семейное положение. Ну разве не дебил?

К тому же, с первой встречи она так резво прыгала на меня и на мне, в буквальном смысле этого слова, что я не особо был способен думать мозгами. Мной в тот момент руководил совсем другой орган. Ну и жадность. Желание сорвать, наконец, серьезный куш, который позволит покинуть Родину, отчалив в далекую жаркую страну.

Не то, чтоб я имел к Родине какие-то претензии. Очень даже нет. Люблю Россию-матушку всей душой. Но мое нищее детство, которое было не просто бедным, а реально нищим, намертво вбило в мою же голову мысль — я должен стать богатым, я должен жить красиво. Поэтому я, как Ося Бендер, последние лет десять мечтал о золотистых песках Рио-де-Жанейро. Вот на том и погорел.