— Что ты хочешь? — просипел он.
— О, да… — Я усмехнулся и ткнул оружием Салли в пузо. — Вот теперь мы поговорим.
Салли замер, глядя на «Кольт», упирающийся ему прямо в живот. Расстановка сил была не в его пользу и он это понимал.
Взгляд сеньора Сальваторе метнулся к столу, на котором лежала здоровенная доска и не менее здоровенный нож для разделки рыбы, но я едва заметным движением качнул головой давая понять, что это плохая идея. А затем еще чуть сильнее надавил оружием на его пузо.
— Имею сильное желание, — сказал я тихо, растягивая слова, — чтобы ты представил меня дону Массерии. Лично.
Салли громко фыркнул, выражая свое мнение по поводу сказанного мной. Очевидно, он считал это глупостью и наглостью. Однако в его глазах не было прежней уверенности, там плескались лишь страх и злость. Пожалуй, я его понимаю. Если мальчишке, то есть мне, в голову приходят подобные безумные мысли, совершенно нет гарантий, что в любой момент не раздастся выстрел. Чего еще можно ждать от безумца. И с такого расстояния, в таком положении вряд ли я промахнусь. А жить Салли очень даже хотел.
— Ты спятил, мальчишка. Дон даже разговаривать с тобой не станет. Ты — никто. Мусор.
— Вот именно. — Я ухмыльнулся. — Я — никто. И этот «никто» только что переиграл тебя, Фрэнки Йеля и фараонов одновременно. Я сохранил товар дона, который ты, мелкий распространитель алкоголя, просрал в заварушке. Я выжил там, где должен был лежать с пулей в затылке. И теперь я держу тебя на мушке. Дон Массерия, как ты сам сказал, ценит дело. Так вот я — выгодное дело. А ты — проблема. Проблема, которая потеряла семь ящиков самогона и устроила стрельбу с участием полицейских. И вот тут у меня есть сомнения… Думаю, дон Массерия дал тебе задание спровоцировать Фрэнки на ограбление, потом сообщить о предстоящем дельце фараонам, ну или агенту Слоуну лично. Итог в любом случае должен был порадовать дона Массерию. Два парня извозчика убиты рукой Йеля, сам Йель взят с поличным на месте преступления. Или еще лучше, тоже убит. Идеальное сочетание обстоятельств. А что имеем мы? Фрэнки — жив. Да, его скорее всего заластали копы, но, что-то мне подсказывает, это ненадолго. Потому что ограбления как такового не произошло. Да, парни Йеля палили во все стороны из оружия, которое, уверен, появилось у них далеко не законным образом. Но это — мелочи. Не так ли? То есть, вся та схема, которую ты выстроил, полетела к чертям собачьим. Как думаешь, что дон Массерия скажет, когда узнает, что Салли Рыба так неумело выполняет его поручения? И тут — следующий момент. Йель крайне дружен с парнями из Чикаго. Здесь, в Нью-Йорке, Фрэнки считается проблемой. Но, уверен, тот же Аль Капоне, например, не согласится с подобной постановкой вопроса. И что будет, если, к примеру, те самые извозчики расскажут сначала Йелю, как все планировалось, а потом — кому-то посерьезнее. Если ты забыл, Салли, то я напомню. Сейчас дона Массерию очень желает отодвинуть в сторону некий Маранцано. Любой косяк Джо Босса сыграет на руку его врагам. А настолько бездарно организованная подстава, это, Салли, реальный косяк. И ведь никто не будет выяснять, кто именно накосячил. Дураком во всей этой ситуации будет выглядел дон Массерия. А я — единственный свидетель, который может подтвердить, что это ты все организовал. Или опровергнуть. Понимаешь, к чему идет наш разговор? Думаю, дон Массерия с огромным удовольствием сделает вид, что вообще не знал о готовящейся подставе для Фрэнки Йеля. И кто тогда окажется козлом отпущения? А, Салли?