Собравшись с духом, вымученно улыбнулась наблюдающему за мной Дмитрию, попросила:

— Если сердишься на Або, то не стоит. Правду он мне сказал. А я обиделась. Придумала себе, что его тон оскорбителен, разозлилась дальше некуда. Не хотела с ним разговаривать. Вообще никогда. Что сделала — не знаю, но теперь его не слышу. Потом накрутила себя до безобразия. Дошла до того, что вы с Або решили меня использовать в какой-то своей игре. Я про вас обоих думала очень и очень плохо. У меня действительно есть глобальная проблема. Очень хочу доверять. И тебе, и Або. Но не получается, — слёзы вновь потекли по щекам.

Нарушая повисшую тишину, Рюрикович неожиданно огорошил:

— Твой муж — кретин.

— С чего это? — усомнилась я и шмыгнула носом.

— С того самого, — непонятно пробормотал самодержец. Осторожно положив меня на спину, снял с себя верхнюю одежду. Улёгшись рядом со мной, спросил: — Ты помнишь клятвы, которые мы принесли друг другу в момент бракосочетания?

— Не особо, — не стала лукавить я.

— Ты поклялась заботиться обо мне и хранить верность. Я же — любить тебя до последнего вздоха, защищать и так же хранить верность.

— И что? — я всё ещё не понимала.

— Забота — понятие очень неоднозначное. Даже не представляю, что тебе надо сделать, чтобы нарушить клятву. Разве что не вспоминать обо мне. Никогда. Но пока мы в браке, это невозможно, — он чмокнул меня в нос и ровным тоном продолжил: — Супружеская верность трактуется высшими силами предельно прозрачно. Если находясь со мной в браке, ты вдруг займёшься сексом с другим мужчиной, то умрёшь.

— И почему ты считаешь, что стану тебе изменять? — начала было возмущаться я, но неожиданно невидимое обручальное кольцо ощутимо припекло кожу на пальце. А через миг пришло понимание: наши брачные клятвы — не просто красивые слова. Они приняты высшими силами. За нарушение — смерть.

— Кольцо отреагировало? — проницательно подметил супруг.

— Угу, — промычала я, не размыкая губ. Неуклюже сев, с изумлением осведомилась: — Рюрикович, ты нормальный⁈ Ладно верность, но остальное? Ты о чём думал, когда давал свои клятвы?

Венценосный супруг обескураживающе улыбнулся:

— О тебе, — признался он поразительно просто. Несколько секунд помолчав, тихо предложил: — Давай уже объясню тебе всё как есть. Любовь для высших сил — это безусловное принятие партнёра. Со всеми, как ты говоришь, таракашками. Ну а защита — ограждение от внешней угрозы, нападений, других нежелательных воздействий. Предательство с моей стороны исключено. Полностью.

Мне вдруг резко перестало хватать воздуха. Я слезла с кровати, направилась к окну: из приоткрытой форточки веяло морозной свежестью. Пару раз глубоко вдохнув, прикрыла глаза. В голове и душе творилась полная неразбериха.