«И что здесь творится? Объясни», — утомлённо попросила я.
«Ну-у-у, — протянул ушастый. — Твой муж и до смерти был деятельной натурой, а после того, как воскрес, и вовсе стал неугомонным. В общем, после вашего возвращения из безвременья некромант решил сохранить это подпространство и сразу же перенастроил на себя книгу-артефакт. Ты черпала через неё жизненные силы супруга. Пока этот гинеколог-самородок принимал у тебя роды, он одновременно считывал информацию из книги и менял энергетические контуры стены-ограждения. Сейчас пошёл их проверять, ну и заодно развеять поднятого тобой зомби-архимага».
Очуметь. Догадывалась, что Димитрий Иоаннович одномоментно думает о многом. Но вот то, что он способен в условиях, приближённых к боевым, ещё и делать кучу всего и сразу — сюрприз.
«Здесь была женщина. На вид вполне живая…» — недоговорив, я вопросительно глянула на зверька.
«Вот именно, что на вид. Некромант не увидел оснований, чтобы сохранить ей условную жизнь. С первым криком твоего сына энергетическая оболочка, сдерживающая душу этой любвеобильной мадамы, рассыпалась. И она отправилась туда, куда и положено — к предкам», — сухо объявил Або.
Было ли мне жаль эту женщину? Разве что совсем немного. Прекрасно понимаю, почему Рюрикович не пожелал сохранить ей «жизнь». Нечего этому духу делать среди живых.
«Для чего Диме понадобилось это подпространство?» — спросила я, поудобнее уложив мирно сопящего сынишку.
«Некромант считает, что это отличное место для обучения и тренировок наследника и тебя заодно, — невозмутимо ответил Або. Видимо, обратив внимание на пролёгшую между моих бровей глубокую складку, совсем по-человечески вздохнул и огорошил: — Ваш сын, помимо того, что унаследовал родовую силу отца, является магом-универсалом со способностями серебряной ведьмы. Отныне этот дар будет передаваться исключительно в роду Рюриковичей».
Пытаясь уложить в голове убойную новость, я отрешённо заметила, как из тумана возник Дима. Подойдя, он уверенно начертал в воздухе руны, открывающие туманный тоннель.
Бережно взяв меня на руки вместе с малышом, супруг счастливо улыбнулся.
— Пойдёмте домой, семья, — тихо сказал и понёс в портал, мерцающий серебром.
Год спустя. Москва. Никольская улица.
Обнимая себя за плечи, графиня Варвара Григорьевна Кони с тоской смотрела через окно своей роскошной гостиной на заснеженный Кремль. Казалось бы, ей надо радоваться: все мечты сбылись! Вот уже год, как стала дворянкой, замужем за очень уважаемым в обществе человеком, живёт в самом центре столицы, в деньгах стеснений нет, и на званых вечерах аристократок она —бывшая простолюдинка — желанная гостья. Вот же оно — счастье! Ан нет. Варя чувствовала себя на редкость паршиво. Муж к ней относился… никак.