— Возле рынка есть мусорные баки, — сообщил Кони.

Автомобиль тронулся с места. Замелькали смутно знакомые силуэты домов. Внезапно адвокат сухо сообщил:

— Три года назад Ольгу Павловну обвиняли в убийстве мужа. Все доказательства указывали на неё, однако женщина твердила, что невиновна. Коллеги отговаривали меня брать резонансное, безнадёжное дело. Я взялся. Суд присяжных оправдал графиню Троекурову. В тот момент я гордился собой, но сейчас презираю.

М-да уж. Слов нет.

Совесть у человека либо есть, либо отсутствует. У московского адвоката Анатолия Фёдоровича Кони она однозначно имелась. Даже с избытком.

Закупаясь продуктами, я беззастенчиво эксплуатировала погруженного в тяжкие думы аристократа. Обвешав его пакетами с головы до ног, превратила мужчину в новогоднюю ёлку, а тот даже не пикнул. Ещё и пытался расплачиваться за мои покупки. Разумеется, отказывалась. Благодаря Димитрию Иоанновичу, в деньгах не нуждаюсь.

Остановившись у очередного прилавка со свежими овощами, я тщательно выбирала помидоры и украдкой косилась на своего спутника: губы сжаты, а в глазах вселенская тоска.

О чём он думает? Продолжает посыпать голову пеплом? А смысл? Надо решать проблему, а не заниматься самобичеванием. Впрочем, нестись обратно к графине, выяснять с ней отношения или пытаться отобрать мою кровь — идиотизм. Эту змеюку подколодную необходимо нейтрализовать аккуратно. Но вот как именно, пока не имею ни малейшего представления.

Ещё и санаторий! Где брать денежных клиенток? А может, сменить концепт?..

Так… Вроде всё купила, но, кажется, что-то забыла. Вопрос: что?

Забрав сдачу у продавца, я вручила очередной пакет Кони. Не глядя на носильщика-дворянина, пошла вдоль прилавков.

— Пирожки! Горячие пирожки! — громко выкрикнула какая-то женщина.

Вздрогнув от неожиданности, поискала глазами крикунью. Обнаружив продавщицу совсем рядом, с удивлением поняла, что эту женщину уже встречала. Именно у неё покупала расстегай, который вручила Рюриковичу.

Хм-м. Прикольно. В прошлый раз попробовать выпечку не удалось. Нужно срочно исправлять упущение.

Подойдя к продавщице, без раздумий купила не один, а десять пирожков. От их восхитительного аромата рот моментально наполнился слюной. Не беспокоясь о том, что обо мне могут подумать, с удовольствием вонзила зубы в нежнейшее тесто.

М-м-м. Вкусно-то как.

Блаженно улыбаясь, я неспешно шла по рынку. С откровенным удовольствием съев один пирожок, вытащила второй. Заметив напряжённый взгляд московского аристократа, невинно поинтересовалась:

— Как вы относитесь к уличной выпечке?