Мы подошли к столу. Я осмотрел его, попробовал, насколько надежно он стоит на ножках. Стол стоял, как влитой, самое то.

— Лезь под стол, — распорядился я.

— Э-э… — Сеня по привычке даже слегка попятился.

Ничего, я тебе больше не дам прятать голову в песок. Назвался груздем — иди, получай нагрузку.

— Лезь, кому говорю! Ты же хочешь научиться? — настаивал я.

Сеня помялся, но под стол полез. Выглянул, хлопая глазами.

— И че?

— Че че, давай ложись на спину. Вот так, выпрямись, руками возьмись за стол, ага.

Сеня нехотя выполнил мои распоряжения.

— Хорошо, только туловище держи ровно, не надо задницей провисать.

— Ты точно не прикалываешься?

— Да выше же жопу подними!

С горем пополам, с причитаниями и вздохами, Сеня таки сделал все правильно, как я просил. Я удовлетворенно кивнул.

— Смотри, как дальше, — я сел рядом с ним на корточки. — Набираешь воздух в легкие, и на выдохе притягивай грудь к столу. Только не одними руками, а вместе со спиной.

— Это как это, спиной? — толстяк всё ещё ждал подвоха.

Привык, что все его шпыняют. Но я уже вошёл в режим тренера — мне стало легко, будто больше можно не притворяться.

— Вот, лопатки у тебя, — я коснулся его спины в районе лопаток. — Представь, что ты сутулишься, и тебе надо выпрямить плечи. Ничего сложного, важно приловчиться.

— Мне так мамка все время говорит — Сеня, не сутулься, — фыркнул толстяк.

Мол, раз мама всё время про это тадычит, то точно фуфло. Ага, конечно.

— Правильно говорит мама, давай, поехали, хватит болтать!

Сеня сосредоточился, прочистил горло — для солидности, наверное — и сделал первое подтягивание. Тяжело, но сделал.

— Вот до сюда, подбородком дотягиваемся до стола, обратно делаем вдох, жопу не отклячивай!

Сеня сделал все так, как я сказал, но хватило его на один раз. Он разлегся под столом и зажмурился.

— Не могу больше, хоть убей. Где ты такого нахватался… Кто это придумал, так с людьми…

— Там, где нахватался, там больше нет, — я подмигнул ему и выпрямился. — Для первого раза пойдет, но в следующий раз можно и лучше. Вылазь давай, что разлегся, не на пляжу.

— Да спина болит! Пошевелиться не могу, — заныл толстяк, тело которого предсказуемо отвергло нагрузку.

— Поболит и перестанет.

Поглядев на Сенино кислое, где бледное, а где красное лицо, я смекнул, что на первой тренировке все же стоит ограничиться более приземленными упражнениями, как скручивания, приседания и отжимания. К чему мы и приступили. Если на перекладине мы смотрелись сосиской и сарделькой, то на отжиманиях, скорее, смахивали на ленивца и тюленя.

— И сколько раз надо?