— Давайте сразу перейдем к главным вопросам, — заявил Бранд, усаживаясь в кресло напротив.
По совокупности взглядов все собравшиеся не тянули даже на одного старого короля Горхорна. Правда, и Бранд тогда был моложе, еще не оторвался от Стордора.
— Я съезжу в Алавию и разберусь, может не так, как вам хотелось, но разберусь. Не как представитель Стордора, разумеется, а как один из героев и друзей Миона Три Стрелы.
Собиравшийся что-то сказать Таранд Норм тут же передумал.
— Помимо этого некто Минт Вольдорс — слыхали о таком? — хочет поговорить со своей бывшей женой, королевой Алавии. Вполне возможно, что они снова поженятся.
Гатар оскалился, мол, с Минта станется и такую дурость совершить.
— Проблема — не ваша, а Алавии, конечно — заключается в том, что у него есть уже две жены, они глубинницы, русалки, королевы Водоворота и уже носят в себе детей Минта, с особого благословения богини морей и океанов Диаты.
Лицо барона Давади словно озарилось светом изнутри, он выхватил у бледного юноши бумагу и начал что-то строчить на ней, царапая и разрывая лист, забрызгивая все вокруг кляксами. Полугном отодвинулся.
— Меня Алавия интересует с точки зрения дриад Бесконечного Леса. Прежний план не удался, но это неважно, не буду вдаваться в скучные детали. Важно тут следующее, Алавия должна ослабеть и прекратить войны с соседями, а дриад я собираюсь привлечь к работам возле Провала. Может, они и не согласятся, но вот согласие правителей, заключивших союз, мне потребуется.
Взгляд его был обращен на Гатара, который кивнул и ударил рукой в грудь. В сущности, у Бранда еще оставался рычаг воздействия, через Олессу, ведь войска империи составляли основу охраны Провала сейчас. Правда, это потребовало бы уплаты определенной цены, но стоило ли чего-то жалеть ради возможного спасения всех живых?
Теперь, после посещения могилы Феолы, Бранд был уверен, что не стоило.
— Раз у вас там какие-то разногласия, пользуйтесь моментом. К Великому Степному Ханству обратитесь, уверен, они помогут надавить на Алавию, — слова Бранда предназначались в первую очередь Гатару, уроженцу тех степей.
Раз уж великий хан не возражал против отправки молодежи орков в вольные земли и против диких кентавров у Провала, то явно два королевства подружились или хотя бы нашли общий язык. Амали явно не была своей матерью, Светлейшей, которая в подобных случаях не выступала, не выстроив вначале дипломатических противовесов.
Хотя, в чем-то Бранд понимал Амали, уж Минт умел выбесить, до потери рассудка и сознания.
— В общем, пользуйтесь моментом. А вот отправлять войска к Провалу не стоит.