– Мы – доплачивать? – взорвался младший лейтенант. – Да это вы нам должны доплатить за свое хамство!
– Будете качать права – заплатите за билеты полную стоимость, – сказал начальник.
Я понял, что это не пустая угроза, вытащил не в меру вспыльчивого лейтенанта из кабинета и поинтересовался, есть ли у него деньги. У лейтенанта после отпуска, естественно, денег не было.
Домой за деньгами я ехать не мог: что скажут мои? Двое суток болтаюсь в Москве и даже не позвонил. И я поехал на метро «Аэропорт» к Леониду Гайдаю. Гайдая дома не было, я занял сто рублей у его жены, актрисы Нины Гребешковой, и попросил об этом никому не говорить.
Когда вернулись в аэропорт, первое, что я сделал, – дал телеграмму домой: «Долетел благополучно, целую, Гия». И пошел в буфет пить кофе. А младший лейтенант взял у меня деньги и побежал в кассу – доплачивать за билеты (паспорта тогда не требовались). Через десять минут появляется, возбужденный и радостный, и сообщает, что договорился со стюардессами – они нас завтра без билетов посадят на самолет, а сегодня мы за это приглашаем их на ужин в ресторан. Я сказал, что не надо:
– Доплати – и полетим по-человечески.
– Будь человеком! – взмолился младший лейтенант. – Мне же теперь опять год на базе на Чукотке сидеть!
Вечером мы встретились со стюардессами, взяли такси и поехали в ресторан «Метрополь».
В ресторан пустили всех – и младшего лейтенанта, и стюардесс, – кроме меня. В рубашке без пиджака в ресторан не пускали. Вышли из положения так: лейтенант и девушки
прошли, потом одна из стюардесс вынесла мне китель лейтенанта. В кителе швейцар меня пропустил. И я появился в респектабельном ресторанном зале в кирзовых сапогах и в длинном, до колен, военном кителе с погонами (младший лейтенант был высоким парнем).
Сто рублей – большие деньги, мы себе ни в чем не отказывали. Младший лейтенант не пропускал ни одного танца – приглашал то одну стюардессу, то другую, а под конец плясал с обеими сразу.
Потом мы на такси повезли девушек домой. Жили они в Малаховке в общежитии. Лейтенант просил пустить нас переночевать, но получил твердый отказ: «Нельзя, вахтерша». И мы на том же такси поехали в Шереметьево.
Когда расплатились с таксистом, денег осталось девять рублей.
На следующий день с утра лейтенант побежал искать наших девушек. Вернулся поникший: выяснил, что наши стюардессы появятся только через три дня, у них отгулы.
– Поехали опять к той артистке, – попросил он.
Но тут к нам в номер вошла женщина средних лет в летной форме и спросила, мы ли вчера Зину и Фриду в ресторан водили?