в капкан. А рядом злой и голодный зверь, который ожидает, когда сможет вонзиться в мою плоть. – Что ты сделал с моим сыном? – произношу одними губами, ощущая, как сердце бьётся в глотке. Леон слишком спокоен. В голову закрадывается подозрение, что он усыпил его. Иначе разбуженный ребёнок поднял бы весь дом не хуже пожарной сигнализации. – Он спит. Не переживай. Так было нужно. – Нужно? – цежу вопрос сквозь зубы. – Что ты вообще знаешь о детях, раз полагаешь, что сильнодействующее снотворное – это то, что ему нужно? Ярость на миг затмевает сознание. Мне хочется броситься на мужчину, выколоть ему глаза своими ногтями. – Тише-тише, Персик. Я всегда завожусь, когда ты такая яростная. Но нам пора отсюда уходить. Зейд осматривает коридор, точно ожидая, что из-за угла вот-вот кто-то появится. И я даже знаю кто. – Или ты хочешь здесь остаться? Забыла, что Островский одной ногой в новом браке? Пальцы фиктивного жениха переместились с плеча на подбородок. Он вглядывался в моё лицо в попытке считать эмоции, отголоски мыслей. Но сам выглядел хладнокровно. Как наёмный убийца, не принимавший близко к сердцу чужие печали и страдания. Нет. У меня нет оснований задерживаться здесь. – Ты кому-то в этом доме сделал плохо? От мысли, что Артёма подло ранили в спину, меня охватывает озноб. Потому что уверена, что в лобовой атаке он бы не уступил. – Пока нет, Персик. Пока нет. Губ «жениха» вновь коснулась злая улыбка. Намёк был слишком прозрачным, чтобы медлить. – Пойдём, – киваю, ожидая дальнейших указаний. И, к моему удивлению, Зейд накрывает мои плечи своим пиджаком. Тут же окуная в терпкий мужской аромат. Он не хмелит мой разум, как запах Артёма. Но всё же и не вызывает отвращения. Тёплые пальцы переплетаются с моими. Со стороны мы, должно быть, выглядим весьма мило. Красивая пара с ребёнком. Мне даже закрадывается в голову идея, что Зейд намеренно демонстрирует Островскому мою благосклонность. А значит, в доме работают камеры. И всё же, пока мы пересекаем немалых размеров особняк, ни одна живая душа не попадается нам на пути. – Где все, Зейд? То, что я не видела охраны, не говорит о том, что вооружённых до зубов амбалов нет в особняке. Не так давно, до того, как моего отца не загнали в ловушку, у нас даже повар в доме имел оружие. Уверена, в этих стенах похожие правила. Спокойствие и сдержанность Ямадаева бесят до зубовного скрежета. Но ведь он мой ключ на свободу. И он прав, меня рядом с Артёмом ничто не держит. Только логичные доводы разума никак не делают боль в сердце