Впрочем, благородные труса не праздновали. Нам в ответ ударили стрелы, бросились мечники и копейщики, желая завязать рукопашный бой. Зря, на самом деле. По-настоящему массово не вышло, и их просто встретили новым залпом.

Рядом в дерево воткнулась стрела, а сам лучник осел с дыркой в черепе. Опыт — великое дело, раньше я стрелял хуже.

— Все за мной! — раздался крик среди «высших», и вперёд бросился воин в богатом, даже на первый взгляд, очень монументальном доспехе. На моих глазах он поймал несколько пуль в грудь и щит, которым прикрывал голову, и продолжил бодро бежать в нашу сторону. Явно выпил зелья, но видно, что простые, однократного действия.

Хмыкнув, я перенёс ствол ниже и выстрелил три раза, добивая остатки барабана винтовки. Запнувшийся воин, кубарем полетел на землю, получив пулю в колено. Правда, за ним единым порывом бежало полсотни воинов, и даже ранение лидера их не остановило.

Прогремели выстрелы, но благородные продолжали бежать по лесу, прорываясь врукопашную. Повесив ружьё на спину, достал револьвер и шагнул в сторону, покидая укрытие за деревом. Враги опешили. Затёртые грязью латы, на которые сверху накинуто пончо с торчащими из него в разные стороны ветками. Я напоминал оживший куст или какого-то лесного бомжа.

Шесть выстрелов, три трупа и один раненый, а дальше я взял в руки копьё. Укол, труп. Принять на кирасу удар, ответить. Отступить, резануть, уколоть. Сдвинуться, принять на доспехи удар сабли, убивая одновременно другого врага, отступить.

У меня хорошие латы, пробить их вот так саблей или из лука почти невозможно. Я быстро двигался среди атакующих, колол, подрезал, очень редко рубил, главным образом стараясь отвлечь на себя врагов. Правильный строй тут сложно составить, а индивидуально благородные лучше дерутся, чем ополченцы. Надо помочь.

Звякнуло о кирасу металлом, и я отступил, парируя новый удар. Молодой вертлявый парнишка напротив прекрасно работал своим копьём с узким трёхгранным наконечником. Бил мне по ногам, иногда в голову или конечности, целя по уязвимым местам. Никак не получалось его подловить, очень хорош, и копьё у него легче, быстрее.

Парировать, сместиться, отступить. Пропустить попутный удар саблей, воткнуть копьё в колено случайному воину рядом. Звякнуло о наруч чужое копьё, отрикошетив мне в грудь.

Я поморщился, но опять вернулся к танцу с одним-единственным врагом. Талант, чтобы его мать так!

Вокруг продолжали греметь выстрелы, а я всё нападал и защищался. Никак не получается зацепить его, уж очень юркий в своём простом, лёгком, пластинчатом панцире и шлеме.