Сильны люди, ничем их не сломить. Всегда выживают и пытаются устроиться к лучшему. Но, блин, как они смогли создать этот двигатель? Расчёты, синхронизация деталей, подгонка, проверка… Там же работы на годы!
Солнце перекрыл силуэт, и рядом на лавочку опустилась бывшая богиня магии. А, впрочем, а бывшая ли? После сегодняшнего представления не уверен. Так что негромко поинтересовался:
— До сих пор не верю. Как же так?
— Мы же не дикари, Бьёрн. Многое забыто, да и маги никогда не стремились выносить наружу все свои знания. Но даже концепция атома у нас вполне известна и доказана. Хотя, то, что он может делиться, для меня стало открытием.
— Но, при этом, сотни лет воевали мечами и магией, — фыркнул я.
— А так же мыли руки перед едой, часто мылись и могли вылечить рак. А мощь наших боевых заклинаний поражала воображение!
Я спорить не стал. В конце концов, они смогли уничтожить свою цивилизацию, а на Земле пока нет. Это ведь тоже можно считать мерилом прогресса?
— Не ожидал такого успеха. Приятно, но очень неожиданно. Значит и враги могут выдвинуть то, чего я совсем никак не жду. Видимо, я чего-то сильно не понимаю, раз такие неожиданности возможны. Это опасно.
— Пусть попробуют, — презрительно фыркнула Фиона. — Без трансформации они будут создавать нечто подобное года два, даже имея чертежи перед глазами и переманив всех мастеров. Я делала всю тонкую обработку деталей, и без меня каждую шестерёнку подгонять будут месяц!
Я немного помолчал, обдумывая услышанное. Этот мир не перестаёт меня удивлять. И хорошо, что иногда он удивляет и приятно.
— Знаешь, Бьёрн, самое главное, что открыла для себя, когда ты появился, это понимание, что мир может измениться очень сильно. А каким он может стать, если смешать технологии и магию, не знает никто.
— Ты бы хотела увидеть этот новый мир, Фиона?
— Я живу ради этого, — как само собой разумеющееся откликнулась она.
Ожидаемо. А для меня развитие магии может стать единственным спасением. Так что, как ни смотри, но мы с ней повязаны. Кого-то связывают чувства, а нас одна цель. И кажется, что это намного прочнее, чем эмоции, пусть даже самые чистые и лучшие.
Поднявшись, я повёл плечами и протянул ей руку, мягко спросив:
— Ну что, пойдём менять мир дальше?
Смерив меня ироничным взглядом, она вложила свою ладонь в мою и, поднимаясь, усмехнулась:
— Ты всё-таки настойчиво планируешь выжить, даже если тебе придётся сжечь весь мир в пожаре войны и сломать все его устои…
— Мы, попаданцы, все такие, — улыбнулся я в ответ.
За бортом корабля бурлила вода, а за спиной раздавались выдохи гребцов, толкающих ладью вперёд. Жаль, ветер утих, могли бы уже через пару часов оказаться на месте. Но, в любом случае, к полудню должно показаться селение при рудниках.