Но за летние и осенние месяцы мы поднакопили людей и оружия, и вот как-то в ноябре, когда власть временных уже давно кончилась, а власть большевиков еще и не думала начинаться, такой момент настал. Бумажки из касс стремительно теряли цену, скоро керенки пойдут на оклейку стен, и нужно искать серьезные средства платежа — в конце концов, что я за атаман, если у меня золотого запасу нема? Но в Гуляй-Поле водились только банкноты.

Подготовка экспедиции началась загодя, с покупки ткани-трико. Хозяин магазина или, может, приказчик, упитанный жовиальный коротышка с потеющей лысиной искательно заглядывал в глаза покупателям и безостановочно говорил:

— Трико? А как же-с! Лучшего качества, французской выделки! Вам для чего-с, госп… пардон, товарищи?

— Гимнастикой заниматься будем, — навис над прилавком Вертельник, скрипнув о дерево кобурой пистолета.

— Не извольте беспокоится, отличное трико! Синее, красное, черное!

— Черное и синее давай.

— Довоенный запас! — живчик выдернул с полки рулон, развернул его и отработанным жестом провел рукой по ткани.

Борис нахмурился и пощупал — ну никакого понимания в тряпках, это же не металл, с которым он всю жизнь работал!

— Товарищам революционерам большие скидки! — продавец заискивающе ловил мрачный взгляд Бориса.

— Глянь, Нестор! — отчаялся Вертельник.

— Да чего глядеть, пятьдесят аршин давай.

— Черного или синего?

— Лучше черного.

Сгодился бы и ситчик подешевле, только балаклавы из него торчат мешком на голове, а для облегания нужна именно эластичная ткань, выбор которой в начале ХХ века совсем небогат. Собственно, и балаклавы своего рода излишество, но хотелось нагнать страху и запустить жуткие слухи по всей губернии.

Швейные машинки в селе имелись, колпаков с тремя дырками нашили за неделю, а когда два мешка балаклав притащили в Совет, начался цирк. Взрослые дети — Вертельник, Лютый, даже Савва с Кратом — напялили их на головы и ржали, тыкая друг в друга пальцами, к полному обалдению Татьяны. Да и моему тоже:

— Як диты… А ну, хлопцы, кончай базар, за дело!

Но отобрать и сложить обратно в мешки удалось далеко не сразу — разыгрались и не хотели отдавать. И потом еще дня три пугали друг друга, напрыгивая из-за углов или подкараулив в темном закутке.

А путейцы готовили поезд Предревволсовета — вагоны для десанта и пулеметов. Водитель изнылся и теребил меня каждую минуту, требуя взять в экспедицию его с машиной, дескать, нужен ремонт, который могут сделать только в городе. Прикинул — авто сразу дает плюс сто к авторитету, но уж больно геморройная вещь. Искать платформу, ладить сходни, загружать-разгружать, тащить горючку… А своим ходом — так запросто может встать посреди дороги. Нет уж, мы по старинке.