Велислава Изяславовна посмотрела на Каю.
— Брось, матушка. Она уже своя. И кровью, и мыслями, и в целом-то. Так что излагай, чего там ты надумала, смело… — он крутанул в пальцах серебряную вилку.
— Я советовала найти жену, это правда. Но я надеялась, что после женитьбы ты займёшься делами рода.
— И его возвышением. Да, да… — Волков кивнул. — Войду в Думу. Буду говорить от имени её вон…
Он махнул на Каю. И вилка выпала, звякнув о тонкий фарфор.
— А то её в жены и возьму. Так?
— Это не самый худший вариант, — княгиня выпрямилась и поправила шаль. Та, белая и тонкая, будто из паутины сплетенная, обнимала худые плечи, и Кая не могла отделаться от мысли, что эта вот шаль того и гляди опутает княгиню. И пусть понимала, что это лишь внешнее сходство с теми женщинами, которых Кая видела в саду, но понимание не помогало. — И для вас обоих. Да, Драгомир старше тебя, девочка. Но он…
— Нет, — оборвал Волков. — Не надо мне этого вот… чтоб потом за спиной шептались…
— За спиной и так будут шептаться. А ваш брак упрочит союз Волковых и Скопиных.
— И исполнит твою мечту связать два рода. А потом что? Мне от отцова имени отказаться, чтобы боярином стать? — голос Драгомира загремел, и мальчишки поспешно вжали головы в плечи. — Оставить Драгу наш дом на добивание, пусть тешится, а самому новых детишек настругать⁈ С этой вот, которая по малолетству в дочери годится⁈
— Успокойся.
— Я всю жизнь успокаивался! Надоело! — рявкнул Волков так, что входившая в комнату служанка вздрогнула, и с подноса её на пол посыпались кубки. Это заставило Велиславу Изяславовну обернуться.
— Прочь, — сказала она сухо. — Дверь закрыть. Пусть нас не беспокоят.
И пальцами щелкнула.
Потом повернулась к Звонке.
— А я что? — та упредила Велиславу Изяславовну. — Я просто стою.
— Постой в другом месте.
— Нет, — Звонка оперлась на спинку кресла и обошла его. — Извините… что-то стоять тяжко стало. Ноги не держат, если так-то… и вовсе вон… ох, голова гудит. Но план у вас, если хотите моего мнения, дерьмовый.
— Не хочу. Выставь её прочь.
— С какой стати? — Волков откинулся на спинку кресла и руками себя от стола отодвинул. Кресло заскрипело. — Ты ж своему брату и без того обо всем докладываешь. Так что она не помеха. Разговоры у нас не дюже секретные. А дерьма в любой семье своего хватает. Садись, девка. Только помалкивай. Я и вправду не в настроении.
— От… благодарствую, — Звонка села на пол. И Велислава Изяславовна поморщилась. — Не хочу далеко, а то ж вроде как охраняю…
— Так охраняешь, что уже второй раз моя внучка едва не лишилась жизни.