— То есть, согреть, утешить, — заговорила Звонка, сидящая с куском хлеба. — Научить радоваться. А потом забрать…
— Именно.
— Нельзя забирать всё, потому что… — Кая спрятала руки под стол, чувствуя, что того и гляди замерзнет окончательно. — Если душа станет пустой, она переродиться…
— Это если будет чему перерождаться, — Волков встал и стул отодвинул со скрежетом. — Из пепла ещё ни одна тварь не восставала. А жар Яриловичей такой, что и пепла может не остаться. Простите, матушка… кажется, мне и вправду дурновато. Надо… завтра продолжим. С утра… надеюсь, вы не откажетесь сопроводить меня… всё-таки жену буду выбирать, не корову… хотя я и в коровах не особо разбираюсь. Но как-то неохота снова в дерьмо вляпаться.
Он шёл к двери, слегка покачиваясь. А Велислава Изяславовна задумчиво смотрела в спину.
Глава 9
Глава 9
— Вы знали мою матушку? — Кая повернулась к Велиславе Изяславовне, которая задумчиво глядела на дверь. Волков её за собой прикрыл, а слуги, кажется, не рисковали соваться в зал. И Кая повторила утвердительно. — Вы знали мою матушку. И знали, что происходит в доме.
— Откуда?
— Оттуда, откуда вы знаете, что произошло в Думе. И не только, полагаю, от Куницына. Вы… привыкли знать. Знание — это тоже оружие.
Так говорил Крыс.
А Велислава Изяславовна, кажется, была с ним согласна.
— Ты хочешь говорить об этом сейчас? При всех? — поинтересовалась она сухо.
— Да. Думаю, тут уже особой тайны и нет…
— Я послушаю, — Звонка привстала. — А сыру можешь подать? Или вообще чего пожрать. Голова и вправду трещит, что нормально… не нормально, что мы живы.
Кая дотянулась до роскошного блюда, на котором лежали тончайшие ломти запеченного мяса и, подтянув поближе, просто подала это блюдо Звонке. — Ешь.
Та поставила блюдо на колени и, подцепив ломоть пальцами, сунула в рот.
— Я кое-что вспомнила, — Кая положила руки на подлокотники. Кресло от этого не стало более удобным, да и в принципе, было пока великовато. — Один разговор. Моя дядя был влюблен в мою мать. Но это вы знаете и так. Ещё тогда выяснили… и что отец с матушкой ссорились. И что он хотел взять другую жену.
— Видишь, мы всё обсудили, — сказала княгиня.
— Не всё, — Кая покачала головой. — Только то, о чём уже не получалось молчать. Она хотела уйти. И вам было выгодно, чтобы она ушла. Вы ей помогли? Сбежать?
Велислава Изяславовна выпрямилась.
— Ты обвиняешь меня…
— Нет, не обвиняю. Скорее думаю, что вы привыкли действовать так… без силы, без оружия. Мягко. Убеждением. И у вас получилось бы убедить её, что вы желаете помочь. Что готовы помочь.