Рауль замер. Его пальцы задрожали. Сердце ухнуло вниз.

— Это… это не круг слежения, — прошептал он, глядя вниз. Голос сорвался. — магистр? Что это?

Она не ответила сразу. Просто стояла, неподвижная, и смотрела на него сверху вниз — спокойно, почти отстранённо. Как смотрят на инструмент, который выполнил свою функцию.

— Ты прав, — сказала она наконец. — Это не круг слежения.

Рауль попытался отдёрнуть руки, но не смог. Его ладони будто приросли к воздуху. Магия, которую он влил в круг — вся, не жалея, стараясь впечатлить — теперь держала его, как цепь.

— Это круг Мортем Веттис. «Любящая Смерть», — продолжила Изольда ровным, почти безразличным тоном. — Он не убивает тело. Он стирает имя. Растворяет душу. Превращает человека в топливо для проклятия.

Рауль побледнел. Его дыхание участилось. В груди вспыхнула горькая, обжигающая боль — не физическая. Хуже. Боль осознания.

Он был дураком. Он так хотел произвести впечатление, так старался показать себя, что даже не задал ни одного вопроса. Не усомнился. Не проверил. Просто влил всё, что мог — лишь бы она заметила, лишь бы оценила.

— Ты… ты использовала меня, — выдавил он хрипло.

Изольда присела на корточки у края круга, почти на одном уровне с ним. Её лицо было абсолютно спокойным — не злым, не торжествующим. Просто… пустым.

— Не принимай это на свой счёт, — сказала она тихо. — Малефика требует равного обмена, Рауль. Равное за равное. Если результат проклятия — смерть, то кто-то должен умереть. Это не месть. Это просто… правила. Проклятие такого уровня действует мгновенно, Рауль. Ты умрешь тут, а одновременно в городе умрет Безымянная.

Её голос не дрожал. Не повышался. Просто — констатировал факты.

— Ты подходишь идеально, — продолжила она. — Опытный маг, зрелый возраст, достаточно силы. Не слишком ценный, чтобы его искали. Не слишком слабый, чтобы ритуал провалился. И главное — ты сам дал мне всё, что нужно. Без сопротивления. Без вопросов.

Рауль почувствовал, как горечь разливается по венам. Он хотел ей понравиться. Он хотел быть полезным. А она просто… использовала это.

— Ты… знала, — прошептал он. — Ты знала, что я не стану спрашивать.

Изольда слегка наклонила голову, словно изучая его реакцию.

— Конечно, — сказала она просто. — Ты всегда старался произвести впечатление. Это делало тебя предсказуемым.

Рауль попытался что-то сказать, но горло перехватило. Руны под его ладонями светились всё ярче, а второй круг — настоящий — начал затягивать его силу, его волю, его память.

— Все думают, что я исповедую Школу Огня, — Изольда встала, отряхивая подол. — на самом деле мой Пятый Круг — это малефика. Чернокнижие. Я специалист по проклятиям, милый Рауль. Ты же знаешь, что чернокнижники не пользуются популярностью у черни.