Говорили о всяком и разном, сплошь и рядом совсем не по теме, заявленной Романовым — что написали спичрайтеры на местах, то и выкладывали. Председатель колхоза-миллионера из Краснодарского края естественно ни о чем другом, кроме как о сельском хозяйстве сказать не мог. Что наметились позитивные сдвиги в аграрном секторе, да что необходимо совершенствовать систему управления и повышать интенсификацию, да что нужно концентрировать усилия на решающих участках АПК (имея ввиду, конечно, свой Краснодарский край), да что крайне необходимо создавать крупные научно-производственные объединения для повышения эффективности и производительности труда.

На этом месте Романов даже задумался, что этот аспект работы он как-то упустил — действительно, будущее ведь не за мелкими колхозиками-совхозиками, а за огромными многопрофильными холдингами и объединениями…

Представитель нефтегазодобывающего предприятия из Оренбурга долго и нудно рассуждал о необходимости ресурсосбережения, приводя в пример расточительное сжигание попутного газа на нефтяных скважинах. Под конец он призвал развивать систему мотивации по теме экономии сырья и материалов, генсек сделал у себя отметку в блокноте — дело тоже хорошее.

Председатель строительного треста из Белоруссии затронул наболевшую тему о хозрасчете и самофинансировании… да-да, подумал Романов, тянется это дело со времен косыгинской реформы, уже почти 20 лет, надо бы оживить.

А секретарь ленинградского обкома Гидаспов вдруг почему-то заговорил о демократическом централизме… хорошо излагает, задумался генсек, надо бы его в Политбюро вытаскивать поскорее. А во втором перерыве к Романову вдруг взял и смело подошел Стародубцев, да-да, тот самый будущий-бывший член ГКЧП, а на данный момент председатель Совета колхозов и новоиспеченный кандидат в члены ЦК.

— Моя фамилия Стародубцев, — начал представляться он, но Романов его перебил.

— Я в курсе, Василий Александрович, немного поизучал вчера состав Центрального комитета.

— Это очень хорошо, — немного смешался тот, но быстро справился с волнением. — В прения меня не записали, а вопрос достаточно срочный — можно я его изложу?

— Только если быстро, — посмотрел на часы генсек, — перерыв вот-вот закончится.

— В две минуты уложусь, — быстро произвел Стародубцев подсчеты в уме, — итак — я председатель большого колхоза в Тульской области, а также возглавляю Союз колхозов. И вот о чем хотелось бы высказаться…

Он сделал паузу, но Романов ободряюще улыбнулся, и он продолжил.

— Сельскохозяйственная техника, которая к нам поступает с того же Ростсельмаша, откровенное дерьмо, уж извините за выражение.