— Поговорим, — Алиев так же без слов достал из ящика стола пузатую бутылку Двина и разлил ее в два бокала, наполнив их чуть ли не до верха, — почему нет.

— Я вот только что побеседовал с прибалтами, — задал Щербицкий неожиданное направление беседы.

— Со всеми? — уточнил Гейдар.

— Кроме эстонца, с Пуго и Гришкявичусом… Вайно оказался недоступен…

— И что прибалты?

— Выходят из игры они, оба…

— Понятное дело — ждут, чем все кончится и тогда примкнут к победителю.

— Да, именно так…

— А что армяне с грузинами?

— Эти совсем на связь не выходят, отвечают секретари…

— Про Слюнькова даже и спрашивать не буду, — угрюмо констатировал Алиев.

— Отчего же, — Щербицкий сделал большой глоток Двина, — за спрос денег не берут. Белорусы в самом начале дистанцировались от нашей затеи — в этом направлении и продолжают двигаться.

— А мы ему что-то предлагали, Слюнькову?

— Да. конечно — полноценное членство в Политбюро плюс пост первого зампреда Совета министров.

— И он не согласился?

— Напрямую не отказал, но и слова «да» не было сказано…

— Итого у нас сейчас в деле твоя Украина, мой Азербайджан и Молдавия со Снегуром, это точно… выбыли Белоруссия с Казахстаном — тоже точно. Остальных будем считать неприсоединившимися, как этих… страны третьего мира, — чуть помедлив, заявил Алиев.

— А мы с тобой, выходит, страны первого мира, — произнес абстрактную мысль Щербицкий. — Что дальше будем делать, дорогой Гейдар Алиевич?

— Надо изолировать Романова, вот что, — достаточно резко выдал тот, — а лучше, если бы его совсем не было на том свете.

— Чазов в курсе этой проблемы? — вежливо уточнил Щербицкий, допив бокал до конца.

— Он всегда и во всем в курсе, — не задумываясь, отвечал Гейдар, — только притворяется тихим и скромным эскулапом.

— Тогда ждем завтрашнего утра… да, и я бы все же подстраховался и заблокировал все перемещения Романова… где он там сейчас?

— В пригородном поселке «Зеленый город», — сверился Алиев с какой-то бумажкой на столе, — на даче первого секретаря Горьковского обкома… Христораднова Юрия Николаевича.

— Я о нем ничего не знаю, — объяснил Щербицкий, — нет, на пленумах и съездах, конечно, пересекались и даже внешне его помню, но это и все — что он за человек-то?

— Обычный партийный деятель, — хмуро начал пояснять Алиев, — начинал карьеру мастером на ГАЗе, потом резко пошел в гору — секретарь райкома, секретарь горкома, секретарь обкома. Ничего примечательного.

— С ним, значит, проблем не возникнет в случае чего?

— Думаю, что нет….

— А кто еще там вместе с Романовым на этой даче оказался?

— Те, что летали с ним в Париж — Воронцов и Силаев…